Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

Обнаглев, разворачиваю свою «заблокированную» руку, которую так упорно прижимает к себе девочка, и обхватываю ладонью небольшое, идеального размера, по-девичьи упругое полушарие, сжимаю сквозь тонкую ткань, чувствуя, что на Лесе нет белья. Зря. Теперь точно подписала себе приговор. И закрепила его, шумно вздохнув и приподняв грудь.

Я больше не целую Лесю. Это слово и на сотую долю не отражает того, что я в реальности делаю с ней. Пробую, ем, облизываю. Ухо, щеку, подбородок, шею. Каждый сантиметр кожи, до которого только могу дотянуться.

Не останавливаясь, ласкаю грудь, ощущая, как бешено колотится маленькое сердечко внутри.

- А вы… что делаете? – отмерев, дрожащим голосом шепчет она.

Разворачиваю чудную девочку, укладываю спиной на подушки, а сам нависаю сверху. Хочу видеть ее лицо, чтобы истинные эмоции прочитать. И усмехаюсь довольно. Пусть говорит, что угодно, но ее внешний вид выдает скрытые желания. Раскраснелась, тяжело дышит, губки покусывает. А в глазах такой туман, что и я в нем теряюсь.

- А на что это похоже? – отпустив ее грудь, спускаюсь к животику, забираюсь под ткань майки.

"- На домогательство, - выдает она с такой нарочитой серьезностью, что хочется рассмеяться. – Или… или изнасилование, - заявляет, срываясь на предательский стон, когда я пальцем обвожу пупок.

- Да ну, - тяну недоверчиво.

Наклоняюсь к ее губам, которые она призывно распахивает. Опускает ресницы, сама тянется ко мне, но я не спешу принять ее капитуляцию. Проучить хочу за дерзость.

- Жертвы обычно кричат и сопротивляются, а не соблазняют маньяка, - выдыхаю, едва касаясь ее рта.

- А я… сопротивляюсь… вообще-то, - не сводит заинтересованного, томного взгляда с моих губ.

- Коне-ечно, - выпаливаю с сарказмом.

Противореча самой себе, Леся скользит ладонями по моей шее, царапает слегка. Размышляет о чем-то, пока я веду рукой под резинку ее пижамных штанов. Подушечками пальцев касаюсь края трусиков. Хоть что-то на ней есть из белья, но… Только хуже становится.

«Рассматриваю» наощупь: никакого кружева, ноль синтетики. Да черт. Неужели те самые? Наивно-невинные? С дурацким рисунком? Красная тряпка, а я бык. Напасть, порвать, растерзать!

Одергиваю руку, будто меня током шарахнуло, но на этом моя попытка остановиться проваливается.

- До свадьбы ведь нельзя, а я уже. И мы… - бубнит под нос Леся, будто уговаривает сама себя.

Непонимающе свожу брови. Ожидаю, что теперь она уж точно оттолкнет меня, потому что ни о какой свадьбе у нас речи не идет. Значит, нельзя. А жаль…

Логическая цепочка разлетается на звенья, когда Леся вдруг касается моих щек маленькими ладошками, отрывает затылок от подушки, подается ближе и… Сама меня целует. Неуверенно так, осторожно, затаив дыхание.