Кай из рода красных драконов (СИ)

Я навалил полный котёл свернувшейся крови и отошёл в сторону.

Бурка принюхался, сунул морду в котёл и начал аккуратно-благородно лакать. Но, лизнув пару раз, не выдержал и, давясь, кинулся заглатывать огромные куски драконьей крови.

Гиреш, что пришёл следом за мной к убежищу, тоже было заинтересовался вкусной едой.

Но шерсть Бурки встала дыбом, а из оскаленной пасти донеслось такое рычание, что шарахнулись и мы с Шасти.

— Как ты его не боишься, — выдохнул Истэчи.

Он уже оббежал лагерь и принёсся обратно.

— Бурка просто оголодал, — пожалел я зверя. — Мы тут держим его на одной воде. А ему сила нужна, чтобы рана закрылась.

Гиреш зевнул и ушёл в тенёк. Не знаю, что он подумал о хамском поведении дикого волка, но к чужой миске потерял всяческий интерес.

Казалось бы, Бурка ему — на один укус, а вот поди ж ты, даже не возмутился.

— Ты Ичина нашёл? — спросил я приятеля.

— Он по тропе с Ойгоном ушёл, к пропасти.

— А зачем?

— А кто же у него спросит? — растерялся Истэчи. — Ушёл и ушёл.

— Про пропасть тебе часовые сказали? — догадался я.

Он кивнул и хотел поднять мешок с остатками крови. Но Бурка опять зарычал, не трожь, мол, моё.

Истэчи отдёрнул руку и покачал головой:

— Ну и злой он у тебя.

— Пусть отъедается, — разрешил я. — У дракона крови много, всем хватит. Людям-то её можно?

— Я бы попробовал, — улыбнулся приятель. — Добыча редкая, но не ядовитая же."

"— Можно, — сказала Шасти. — Только варить надо. Сырую дают во время обрядов. Она расширяет душу и даёт на время другое зрение.

— Галлюциноген, что ли?

— Не знаю, — растерялась Шасти.

— А Бурка у нас не забалдеет с сырой? — забеспокоился я.

— Волкам точно дают сырую кровь, — сказал Истэчи. — Да и как бы им не давать, они сами жрут.

— Ну ладно тогда. — Я посмотрел на Бурку, плюхнувшегося рядом с опустошённым котлом: — Ты лежи, выздоравливай. Но лучше больше не ешь, а то тяжело тебя будет тащить. Скоро уходим отсюда. А ты… — я повернулся к Шасти. — Садись рядом с Буркой и ни шагу отсюда. Мне с Ичином поговорить надо.

— Я с тобой! — подхватилась Шасти.

И даже сама взяла меня за руку.

— У меня мужской разговор, понимаешь?

— А я — рядом, на камушке посижу! Ну, пожалуйста?

Пожал плечами. Боится она, что ли?

— Ладно. Но где посажу — там и будешь сидеть! — строго сказал я.

Шасти с готовностью закивала. Вот же хитрая.

Ичина я и в самом деле застал у скалистого обрыва в конце охотничьей тропы. Именно здесь мы хотели подловить колдуна.

Предводитель барсов стоял один и молча смотрел вниз. Он был в своём шаманском прикиде. Верно, что-то хотел попросить у духов.

Я посадил Шасти на поваленную сосну и подошёл к Ичину, стараясь производить побольше шума, чтобы шаман меня точно заметил.

Он словно не слышал: уставился вниз и даже не пошевелился ни разу, пока я пинал камушки.