Камея из Ватикана
Когда в одночасье вся жизнь переменилась: закрылись университеты, не идут спектакли, дети теперь учатся на удаленке и из Москвы разъезжаются те, кому есть куда ехать, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней». И еще из Москвы приезжает Саша Шумакова – теперь новая подруга Тонечки. От чего умерла «старая княгиня»? От сердечного приступа? Не похоже, слишком много деталей указывает на то, что она умирать вовсе не собиралась… И почему на подруг и священника какие-то негодяи нападают прямо в храме?! Местная полиция, впрочем, Тонечкины подозрения только высмеивает. Может, и правда она, знаменитая киносценаристка, зря все напридумывала? Тонечка и Саша разгадают загадки, а Саша еще и ответит себе на сокровенный вопрос… и обретет любовь! Ведь жизнь продолжается.
– У нас все в порядке! Но если бы ты приехал, мы были бы счастливы еще больше.
– Куда уж больше, если там у тебя… детективное расследование!..
– Я не виновата, что у нас соседку убили, а из храма утащили реликвию.
Герман, кажется, впал в короткую кому, а потом спросил обессиленно:
– Как убили? Кто?
– Вот это я и пытаюсь выяснить.
– Тоня, не смей.
– Двое каких-то прохиндеев прикидываются волонтерами, приходят в дом, делают одинокой хозяйке укол, забирают старинную камею и исчезают. А подлинник «Хождения за три моря» Афанасия Никитина оставляют на этажерке за ненадобностью! Этот подлинник достался хозяйке от какого-то апостольского нунция в Баварии.
– Ясно, – сказал Герман. – Вот теперь все ясно. Может, реликвию из храма утащил этот самый нунций? Она ему нужнее!..
– Ты смеешься, а это страшно интересное и запутанное дело!
– Дельце, – поправил Герман. – По правилам игры в сыщиков и воров нужно говорить «дельце».
– Я никак не могу взять в толк, зачем они полезли в дом еще раз, – продолжала Тонечка. – Уже после смерти старой княгини! Ведь это так глупо!
– А был еще и второй раз?
– Ну да.
Герман помедлил.
– Ты двери на ночь запираешь, сирота?
– Конечно. Раньше мы то и дело забывали, а теперь все время запираем.
– Хоть за это спасибо.
– Сплошные несостыковки, – пожаловалась Тонечка. – Из ближнего круга убить никто не мог, да у нее и не было никакого ближнего круга! Только внук и сапожник дядя Арсен, помнишь, я рассказывала?
– Помню. Ты мне велела взять его на работу.
– Внук – профессор антропологии, все время в разъездах, сейчас сторожит лес в «Капитанской бухте» на Орше. Он знал о рукописи и камее всегда.
– Может быть, он кому-то рассказал? – спросил Герман.
– Саша, я ни с кем здесь не беседую, кроме Родиона и соседки…
Сценарист у нее в голове продолжил: а еще Федора Петровича, дяди Арсена, отца Иллариона, Валюши, майора Мурзина, Коли…
Выходит, полно людей! И со всеми она, Тонечка, беседует.
– Это мысль, – сказала она мужу. – Мне нужно подумать! Что и кому я могла случайно сказать…
– Тоня, если все, что ты говоришь, правда, тебе нужно запереться на все замки, забаррикадировать двери и ждать моего приезда!
Тонечка моментально отвлеклась от расследования:
– А когда ты приедешь?
– Завтра, – сказал муж решительно.
– Надолго?
– Навсегда! – рявкнул он. – Тоня, ты меня вообще слышишь или витаешь в своих детективных мыслях?"
"– Слышу и витаю, – призналась Тонечка. – В мыслях о тебе и о нашей встрече!
– Романтической? – осведомился Герман, и она захихикала, как дурочка.
Они еще немного поговорили – про детей, родителей и дурацкий вирус, в два счета перелопативший всю жизнь.
– Жди меня, – сказал напоследок муж и попрощался.



![Сборник инцестов [СИ]](/uploads/posts/images/1/sbornik-intsestov-si.jpg)












