Корсар

Лопотание парусов, свист ветра в такелаже, плескание волн, разбивающихся о крепкий, просмоленный и обшитый медью корпус — что еще надо старому капитану, чтобы быть счастливым?!

Разве что поучить молодых и несмышленых гардемаринов. Чем я и занялся. На шхуне такелажа меньше, работать с парусами легче, поэтому гардемарины большую часть времени грызли гранит навигацких наук. Я делал из них настоящих штурманов, обучая и тому, до чего нынешние морская наука и практика пока не добрались. Ребята попались толковые. Особенно сообразителен был Захар Мишуков — крепкий коренастый белобрысый двадцатиоднолетний дворянин, по рекомендации Якова Брюса зачисленный сверх комплекта в Преображенский полк.

На подходе к проливу Эресунн мы встретили два торговых судна под шведскими флагами, но я их «не заметил». Шхуна шла под английским флагом и с английскими документами. Истинную ее сущность шведские капитаны узнают, когда мы вернемся сюда из Лондона.

В столицу Великобритании меня вели не только и не столько торговые дела, а желание пообщаться с сэром Хором. Банкир был очень расстроен, увидев меня живым и здоровым. В придачу я еще и сказал, что думаю лично о нем. Вызвать меня на дуэль он не решился. У англичан, в сравнение с французами, не говоря уже об испанцах, как-то не очень принято рисковать жизнью из-за вопросов чести.

— Мне надо две недели, чтобы собрать такую сумму денег, — выдвинул он условие.

— Даю три дня, — потребовал я, — иначе окажешься в долговой тюрьме.

В выбивании долгов англичане мастера. Не отдал долг в срок — в каталажку. Будешь сидеть в ней, пока сам или кто-нибудь не заплатит за тебя. Надо быть очень знатным и влиятельным, чтобы поплевывать на кредиторов. Это у англичан сохранится до двадцать первого века. Как-то я увидел в Манчестере объявление с предложением кредита кому угодно и без обеспечения и гарантий, только по предъявлению удостоверения личности.

— Как они не боятся давать?! Разорятся ведь! — удивленно спросил я своего старпома-англичанина.

— Во-первых, такие кредиты дают под сумасшедшие проценты, до сорока годовых, а во-вторых, сотрудничают с коллекторскими агентствами, которые вытрясут долг даже из праха покойника в колумбарии, — ответил он.

И при этом английских коллекторов не ругали так, как российских.

Не знаю, что предпринял сэр Хор, но мои деньги вместе с набежавшими процентами вернул в срок. Я пожелал ему и дальше работать так же честно.

На вырученные от продажи товаров деньги и на часть снятых купил предметы роскоши, к которым в первую очередь относились мебель, часы, кареты, фарфоровые сервизы, зеркала и одежда и обувь, особенно женские.