Краденое счастье

Значит, неблаговидные поступки, которых он стыдился, тоже были нужны, ибо негативный опыт – тоже опыт.

Перспектива становится простой и ясной: надо засунуть свои переживания куда подальше, вот и все.

Черт возьми, он даже на эту паузу не имеет права!

Руслан, как мог быстро, вскочил, схватил костыли и отправился за Лизой. Жена лежала на кровати с книжкой и делала вид, будто внимательно читает.

Он лег рядом, крепко обнял ее и прижал к себе.

– Мешаешь читать, – буркнула Лиза.

– Ладно, ладно, – Руслан положил руку ей на живот, – читай, я с ним пообщаюсь.

– Или с ней.

– Ну да. А ты кого хочешь?

– Не знаю. А ты?

– Тройню. Слушай, ты, наверное, думаешь, вот он приперся со своими поцелуями и решил, что все в порядке, будто бы он меня и не изводил все это время. Нет, Лиза, я знаю, что виноват перед тобой…

– Да при чем тут виноват или не виноват! – она все еще делала вид, будто читает. – Ты знаешь, с каким чувством я сегодня готовила ужин? Будто собиралась на собственную казнь! Я была уверена, что ты с радостью ухватишься за идею развода, а это для меня все равно что смерть, но жить дальше в отчуждении я тоже уже не могла.

– Лиза, послушай… – начал Руслан и осекся. Еще вчера он мог признаться жене, а сегодня уже нет. Теперь она носит под сердцем его ребенка, и надо защищать ее и беречь. Время, когда Лиза могла бы стать ему мудрой и всепрощающей утешительницей, прошло, и слава богу."

"– Я понимаю, что ты поглощен новой работой и, наверное, не всю боль от потери ноги ты можешь разделить со мной. Руслан, это нормально. Я не требовала у тебя полной откровенности, но неужели нельзя хоть чуть-чуть мне доверять? Хоть чуточку приоткрыться, на секунду допустить, что я могу тебя утешить, а не только покормить обедом и выгладить тебе сорочку? Знаешь, я жила все это время, будто тебя в соседней комнате бьют и пытают, а я заперта, слышу, как ты кричишь, но не могу выйти и тебе помочь.

– Прости меня, Лиза, но я всегда был один, сколько себя помню. С родителями особенно не откровенничал, потому что не хотел их огорчать, а Оля была такая слабая… Мне нужно привыкнуть, что я больше не сам по себе.

Пожав плечами, Лиза перевернула страницу.

– Послушай, я вел себя как идиот, но единственное, почему я это делал, – хотел уберечь тебя от собственных… Не будем говорить «демонов», скажем: заскоков. Ни черта из этого не вышло, но я старался.

– Спасибо.

– Насчет мамы, кстати, тоже не волнуйся больше. Я с ней поговорил и все выяснил. Она думала, что это ты ее услала в санаторий, чтобы быстренько меня на себе женить, пользуясь моим беспомощным состоянием, поэтому была с тобой так холодна.