Лютая охота

 – Вот ведь насколько забавно заставить тебя изумиться. Держу пари, что ты плохо спишь по ночам… Это потому тебя бросила жена? Потому, что ты прокис?

– Я не с тобой разговариваю, ублюдок, – огрызнулся Лемаршан, – я разговариваю с блондинчиком…

Он выпрямился, бросил взгляд поверх крыши автомобиля и заглянул внутрь, на Каца.

– А ты, беленький, тут вроде и ни при чем, а? Ты исправный маленький солдатик. Папенькин сынок. Проклятый легавый твой папаша. А уж послужной список у него был – закачаешься… Великий сыщик…

На последних словах Эсперандье похолодел. До него дошло, во что втягивает их мерзавец.

– Не отвечай, – шепнул он соседу.

– Жаль, что он покончил с собой, – продолжал Лемаршан, имея в виду историю, которую знало все полицейское управление. – Сколько тебе было лет, когда папаша решил пососать свой пистолет? Пятнадцать? Шестнадцать?

Несмотря на полумрак в салоне автомобиля, Венсан увидел, как побледнел Кац.

– Заткнись, Лемаршан! – рявкнул он, наклонившись. – Клянусь, я подам на тебя рапорт…

По-прежнему прислонившись к дверце, тот даже взглядом его не удостоил. Он буквально пожирал глазами Рафаэля.

– А что ты испытал, когда узнал, что твой отец проглотил железную пилюлю? Что он выбил себе мозги? Ты заплакал? Закричал? Захотел убить кого-нибудь? Ты из-за этого пошел работать в полицию? Чтобы за отца отомстить?

Кац, бледный, как смерть, неподвижно смотрел прямо перед собой сквозь лобовое стекло, и глаза у него были нехорошие.

– Ты сказал себе, что докажешь папочке, который служит в верхних эшелонах, что ты своего отца достоин. Так?

– Ну ты и сукин сын! – рявкнул Эсперандье.

– Я не раз встречался с твоим отцом, – не отставал Лемаршан, нагнувшись еще ниже и придвинув лицо к лицу Рафаэля.

 – Он был просто дырой в жопе, и только и умел, что пердеть… С собой кончают только трусы, слабаки и неудачники…

Кац рывком открыл свою дверцу. Лемаршан отпрыгнул.

– Рафаэль! – крикнул Венсан.

Но было уже поздно. Парень выпрыгнул из машины.

– Никак блондинчик рассердился? – осклабился Лемаршан. – Что, разве неправда все, что я сказал о твоем папочке?

Самира и Сервас выскочили из второго автомобиля.

– Рафаэль! – крикнула Самира.

Но Кац уже лупил Лемаршана, который и не пробовал защищаться.

Один удар, второй… Нижняя губа у продажного легавого расквасилась, и по подбородку побежала струйка крови. Второй удар пришелся на щеку, как раз под глазом.

– Твою мать!!! – завопил он, согнувшись пополам. – Валяй, малыш, бей почем зря!

Кац ударил в третий раз. Короткий боковой в печень. Он владел техникой бокса, и Лемаршан крутанулся волчком, влетел в живую изгородь и застонал.

– Черт тебя дери, ты что делаешь? – крикнул Сервас, прыгнув на лейтенанта сзади и схватив его за руки.

Кац смирился.