Лютая охота

И я не желаю здесь слышать таких слов!

– Я уже ухожу, мадам Сарр, – сказал Сервас. – Спасибо за кофе.

И он легким шагом отправился к машине. Может быть, сегодня ночью мать Мусы будет спать немного спокойнее. Может быть… Но сына ей это не вернет… Садясь за руль, он ощутил, как адреналин растекается по венам.

Настало время встретиться с врагом лицом к лицу.

50

В 9:30 Эстер Копельман проснулась в своем кресле. Что-то проворчала. Рыгнула. Голова раскалывалась от мигрени, виски были зажаты, словно в тисках, во рту стоял запах испорченной еды.

Как только она пошевелилась, у нее сразу возникло ощущение, что какой-то психованный иглотерапевт всадил ей во все тело тысячи иголок. Накануне вечером она уснула перед телевизором, который автоматически выключился как раз в тот момент, когда Дональд Трамп заявил, что, если он потеряет свой электорат, это будет означать, что противоположный лагерь жульничает.

Перед этим она уговорила полбутылки «Джек Дэниелс Олд № 7» и выкурила целую пачку сигарет. В пепельнице громоздилась груда окурков, а вся комната пропахла табачным дымом.

Журналистка встала, подошла к окну и распахнула его настежь, чтобы проветрить комнату. Откуда-то из глубины двора сквозь открытое окно доносилась песня, и кто-то, гремя посудой, отчаянно фальшиво ей подпевал.

Щурясь от утреннего света, она вспоминала, как, засыпая, на все лады повторяла в уме слово «правосудие», и у нее возникло знакомое ощущение, что она совсем близко от передовой. Это слово неожиданно вызвало в памяти статью, которую она написала еще в прошедшие годы, но слабеющая память не позволила вспомнить, какую именно. Так, с помощью алкоголя, она досидела до самого утра.

Она включила кофеварку, поставила на проигрыватель виниловую пластинку «The Ronettes»[60], приняла душ и, пока красилась, выкурила первую за этот день сигарету. Перед тем как выйти из ванной, она обрызгала себя целым облаком «Маленького черного платья»[61].

Когда же она спустилась на улицу, утренний воздух освежил ее. Город выглядел на удивление спокойным: карантин запрещал людям выходить из домов. В редакции «Ля Гаронн» оказалось всего трое сотрудников. Она поздоровалась с ними и прошла через зал. Ей очень хотелось пить, и казалось, что кожа ей мала, и поэтому лицо все время вздергивается кверху, а слизистая горла распухла и раздражена. Она налила в стакан воды из-под крана и залпом выпила. Потом сварила себе еще один эспрессо с двойной порцией сахара и отправилась к себе в кабинет.

Включив компьютер, она соединилась с базой данных газеты, ввела слово «правосудие» и получила несколько сотен ответов. Эстер Копельман вздохнула.