Малец

Слушайте, ну откуда в эти времена такие люди берутся? Тут даже Зосима со своими нравоучениями рядом не стоял.

— Так ведь бывает и по другому — выполняет свои уроки работник, а не лежит у него душа к тому. Ушел бы да некуда, а потом вдруг появился у него случай к другому делу пристроиться, где куда как интересней, разве ж можно ему запретить?

Мастеровой крякнул с досады, а что, дурака не переспоришь. Так то вот, пройдет время я вас научу строем ходить, а то взяли за моду, чуть что не так, сразу бузу поднимать.

— Так ты так и не ответил, нам-то чего теперь делать? — Продолжал гнуть свое хозяин.

Ну, раз так, отпасуем:

— А кто мешает вам со своими работниками переговорить? Вдруг кто-то поторопился с выбором или за компанию на завод пошел, а сейчас и хотел бы вернуться, да совесть не дает. А я поговорю с отчимом, думаю, препятствий чинить не будет и таких работников от слова опрометчиво данного освободит. А ежели при том кого взамен предложите, так еще и уговаривать вернуться станет. Сам-то он чего на Каю поехал? Работников ищет, заводу их много требуется, пусть и без понятия они, а все ж брать придется.

— Говоришь замену подыскать? — Сразу уцепился за сказанное Евсей Бондарь, мужик-квадрат, что положи, что поставь, гном из сказки. — Это можно, только тут еще одна есть закавыка. Когда работник сам к хозяину с просьбой, это одно, а когда хозяин к работнику идет, это уже совсем другое.

— Вот тут делать нечего, — пожимаю плечами, — по согласию с вами помочь уговорить попытаться можно, но и только, остальное от вас зависит.

Да и сами представьте, как оно будет, отчим на работу человека взял, сговорились, по рукам ударили, а теперь должен свое слово назад взять?

Хозяева затеребили бороды, действительно не по-людски получается, но и про свой интерес забывать ни в коем случае нельзя. Как бы то ни-было, когда Асата заявился домой, основной накал страстей удалось сбить и народ хоть и хмурился, но уже руками размахивать не пытался. Дальнейший разговор по душам закончился взаимными договоренностями, хозяева ищут нам работников взамен тех на кого имели виды, а мы прилагаем все усилия на убеждение их вернуться к прежнему занятию.

Однако на этом не закончилось, тот самый Евсей, который был похож на гнома, решил поднять еще один вопрос:

— Слышь, кузнец. Прознали мы, тут по случаю, что ты со своими работниками не деньгами, а «таликами» рассчитываешься, а потом они в твоих магазинах за эти талики товар берут.

Талики? Какие еще талики? Асата тоже недоуменно на меня косится.