Мама поневоле

Со второго этажа доносилась музыка, но я практически ничего не слышала в эту минуту, потому что удары собственного сердца заглушали посторонние звуки. Медленно повернулась к Глебу и посмотрела в его лицо.

– Скажешь, что за бегство, или я должен развить в себе способности телепатии? – спросил он.

Я решила, что, либо сейчас, либо никогда, и набрав в легкие воздух, произнесла сбивчивым и неуверенным голосом:

– Ты зачем меня сюда позвал? Мой ответ по-прежнему «нет». Я не стану твоей женой ради удочерения Нади. Однажды тебе надоест делить со мной постель, а твой уход разобьёт мне сердце. Нет, – повторила я тверже и покачала головой.

Мужские губы дрогнули, а на лице вдруг появилось жесткое выражение.

– Что же, Ксения, это твое право и твой выбор. Но прежде чем дать мне свой окончательный ответ, я бы хотел тебе кое-что показать. Идём.

– Я не вернусь в зал.

Снова покачала головой и сделала шаг назад, увеличивая между нами пространство.

– Мы не вернёмся в зал, если ты этого не хочешь. Сейчас мы отправимся в другое место, а пока будем до него добираться, ты расскажешь мне о причине своего побега. Так понимаю, ты кого-то встретила на этом вечере? Света сказала, что видела вас с Демьяненко… – говорил он, растягивая каждое слово.

Все мои чувства в эту минуту были связаны между собой тонкими невидимыми ниточками, которые держали тяжелый груз. Стоит надрезать одну, и я избавлюсь от лишнего веса, воспарив вверх. Только это всего лишь на время, а спуск на землю неминуем. И соприкасаться с реальностью в итоге будет очень больно.

– Смотри на меня, Ксюша, – Глеб вдруг схватил меня руками за лицо, вдавливая пальцы мне в щеки. – Больше никогда не смей убегать от меня, не поговорив. Рассказывай, что случилось, – потребовал он.

Мое лицо побелело, с минуту я стояла неподвижно, не смея вздохнуть, пока его глаза испепеляли меня, а потом еле слышно проговорила:

– В тот вечер... В клубе... Я попала туда...

Весь самоконтроль был стерт одним его прикосновением, и я замолчала, чтобы восстановить сбившееся дыхание. Как бы мне не было стыдно признаваться во всем, что случилось тем вечером в клубе, но будет лучше, если я расскажу все, как есть, пока Глеб хотел слушать меня и верил мне, нежели мерзавец Демьяненко пришлет ему какие-нибудь снимки или вырезанные записи с камер видеонаблюдения.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Моя подруга Алина, та с которой мы пересеклись в кафе в нашу вторую, то есть третью встречу… Она пригласила меня на эту вечеринку. Я оказалась в вип-комнате с Демьяненко. Выпила шампанское с какой-то гадостью... Они попытались... – я осеклась, смотря в жёсткое лицо Глеба, на котором не промелькнуло ни одной эмоции.