Мама поневоле

– Сейчас я хочу, чтобы мама поскорее вернулась домой, – упрямо заявил он. – А разве мы не поедем в Москву? Мама говорила, что мы туда скоро переедем...

– В Москву мы поедем, когда Ксюшу отпустят домой и разрешат ей вести более или менее прежний образ жизни, а пока маму не выпишут из больницы, я поживу с вами.

– Ладно… – грустно протянул Макс и опустил голову, ковыряя вилкой еду в тарелке.

Остаток ужина мы провели в молчании. Я помог Марии Гавриловне убрать посуду и вышел из комнаты, направляясь в гостиную. Присел в кресло рядом с елкой и устало откинул голову на спинку сиденья. Максим перетащил часть игрушек из своей комнаты на пол перед елкой, и они с Надей занялись конструктором.

– Я постелю вам в гостиной и пойду, – услышал голос старушки и кивнул.

– Спасибо.

Мария Гавриловна через десять минут попросила ее проводить, я поднялся на ноги, сходил закрыл за ней дверь и вернулся к детям. Расположился на полу возле них, пытаясь вклиниться в процесс игры, но мои силы и энергия иссякли за этот нескончаемо долгий день.

Ума не приложу, как мы справимся в эти дни без Ксюши... Зато сблизимся с детьми, а к моменту ее выписки домой будем уже не разлей вода. Потом мы свозим Надю в центр на обследование к специалистам из Москвы и начнем курсы реабилитации. Максим продолжит подготовку к школе с репетиторами, которых я найму ему. Потихоньку со всем справимся.

– Меня завтра нужно будет отвести на подготовительные курсы, а Надю на сеанс массажа, – сказал Макс, поднимаясь на ноги.

– Я в курсе, мама мне рассказала про ваш распорядок дня. Мы не собьемся с курса, – заверил я его.

– И на ночь мама нам читает. Надя привыкла спать с ней в постели. Я не стал говорить при Марии Гавриловне, чтобы не расстраивать ее, но с непривычки сестра закатит истерику. Она всегда так делает, когда мамы нет...

– Твои предложения, Максим? – я смотрел на него снизу вверх, играя на полу с Надей.

– Мы сейчас искупаемся, и ты отнесешь Надю в мамину комнату, я лягу рядом с ней, а ты сядешь на край кровати и почитаешь нам. Сегодня я буду спать с ней, а ты потом, когда мы уснем, вернешься в гостиную. Хорошо?

– Договорились, – я напряженно выдохнул.

Ничьи границы я нарушать не собирался. Дети есть дети.

– Тогда я собираю игрушки, а ты набирай ванну, – довольно отозвался Макс. – И знаешь… Я ничего не имею против того, чтобы ты был в жизни мамы, но предупреждаю, что в обиду я ни ее, ни сестру не дам.

– И я, – кивнул головой и ухмыльнулся. – Обещаю, что никого из вас тоже никому не дам в обиду.

Сейчас я был таким же уязвимым, как и эти дети, которые скучали и переживали за свою маму. Никакие деньги не могли бы помочь улучшить состояние Ксении, как и дать гарантии, что наш с ней ребенок выживет. Нужно было запастись терпением и ждать.