Мама поневоле

Мария Гавриловна держалась за сердце и смотрела на меня огромными глазами. Женщина тяжело дышала, а ее бледное лицо покрылось красными пятнами. Мне следовало накапать ей корвалола, чтобы она не свалилась с сердечным приступом на пол, но все мои мысли были заняты детьми. Кто бы мне чего накапал и привел в чувство. Я подняла руку вверх, попросив ее полушепотом помолчать, потому что я никак не могла сосредоточиться.

Булатов ответил мне спустя десять гудков. Десять! Может, он и вовсе не думал мне отвечать? Только вот с его стороны было очень подло и низко похищать моих детей.

Призвав остатки благоразумия, я заставила себя быть предельно вежливой и попытаться для начала пойти на компромисс, объяснить ему, что так дела не делаются, а он, как минимум, своими решительными действиями мог нанести детям психологическую травму. И чего мне стоило взять себя сейчас в руки никто не знал, я находилась на грани истерики. Я столько всего пережила с Надей, она еще полностью не окрепла, а он вытворял такие вещи. Чего он добивался? Почему не приехал ко мне и нормально не попытался поговорить? Что за бандитские выходки?

– Ксения? – на том конце связи послышался твердый и мужественный баритон.

Ах, он еще вздумал удивление разыгрывать? Я начисто забыла его отчество, находясь в шоке, да и плевать я хотела в данной ситуации на какие-то формальности. Сейчас ничего, кроме отвращения к мужчине, я не испытывала. Неужели он оказался на поверку таким... Таким скользким типом. Сначала на разведку заслал своего человека с подарками и продуктами, а теперь вздумал играть со мной в кошки-мышки и водить за нос, изображая благородство?

– Где мои дети? Неужели вы не понимаете – то чем вы занимаетесь, наказывается законом, или вам на него давно наплевать? Верните немедленно Надю и Максима домой, либо я сейчас же заявляю на вас в полицию.

– Ксения, успокойтесь, – в его голосе послышались беспокойные нотки. – И внятно объясните, что случилось. Меня сейчас нет в городе, я в Москве нахожусь на деловых переговорах, а вы так настойчиво звонили, что...

– Что? – перебила я его, после чего возникла небольшая пауза.

Нет, он пудрил мне мозги. Кому ещё, кроме него, есть смысл похищать моих детей?

– Вы... Надя… Макс… Дети не у вас? – меня все сильнее начинало накрывать волной паники и трясти от страха.

Если это был не Булатов, то кто? А вдруг тот, кто похитил детей уже распродавал их на органы? Кто-то звонил мне по второй линии, но я будто вросла в пол: ничего не слышала и не замечала вокруг, рисуя в своем воображении страшные картинки.

– Ксения, что случилось? – твердо повторил мужской голос.