Мама поневоле

Длинным и глубоким толчком мужчина оказался внутри, а я выгнулась дугой, закусывая губы, чтобы не стонать и не издавать громких звуков, причиняя себе тем самым боль. Нормально ли испытывать такое сильное влечение и чувства к почти незнакомому человеку? Не знаю... Но сейчас я не хотела об этом думать. Глеб вколачивался в меня и, кажется, забыл о своем обещании быть нежным, но мне это было и не нужно. Мне хотелось большего. Поймав его темп, я подавалась бедрами навстречу, царапала его спину своими короткими ноготками. А когда ощутила новую волну наслаждения, которая затопила меня с головой, вцепилась зубами в его плечо. Я захлёбывалась в этих ярких ощущениях, в калейдоскопе чувств. Это было не похоже ни на что...

Глеб лежал сверху, придавливая весом своего тела, и тяжело дышал мне в висок, обжигая дыханием, а его член пульсировал внутри меня.

– Я не уйду этой ночью… – тихо прошептал он спустя какое-то время, когда я восстановила дыхание, и снова ощутила в себе его глубокие толчки и зарождающееся желание.

Горячие и влажные губы ласкали мою кожу, жалили, залечивали, вытесняли всю ненужную шелуху из моей головы. Довериться мужчине было все еще очень страшно, но позволить ему присутствовать в моей жизни – почему нет? Если он решил напомнить мне, что я все еще в первую очередь женщина, которую необходимо любить, то у него это хорошо получилось. Эта ночь не шла ни в какое сравнение с предыдущей, потому что я ощущала все не сквозь призму принятых препаратов, подмешанных мне в шампанское, а пропускала эти эмоции и желания через себя, даже и не подозревая, что способна на такие сильные чувства.

26. Ксения"

"Еще одна ночь поместилась в копилку приятных воспоминаний. Открыв глаза, я блаженно потянулась, чувствуя себя легкой и невесомой. Думать о том, что будет через десять минут, когда спущусь вниз и встречусь с Глебом лицом к лицу, совершенно не хотелось. Мы и вовсе могли с ним не встретиться до самого вечера, потому что он мог уехать по делам. Мужчина не остался со мной ночевать, хотя и утверждать этого не бралась, потому что отключилась, когда он был еще в комнате и просто лежал рядом со мной.

Я перевернулась на другой бок, желание подремать было слишком велико, но я еще вчера пообещала Максу, что утром приведу себя в порядок и спущусь вниз. Я очень соскучилась по детям, и всецело повесить на Марию Гавриловну заботу о них было бы уж совсем эгоистично с моей стороны. И даже несмотря на то, что произошло этой ночью между нами с Глебом, я знала точно, что не останусь в доме Булатова. А если мужчина был так решительно настроен принимать участие в нашей жизни, то обязательно так и будет, какую бы территорию для проживания я не выбрала.

Поднявшись с кровати, я почувствовала между ног саднящую боль.