Мама поневоле

– Я никого не отталкиваю, – заметила я, помешивая ложкой остывший чай, думая о мужчине и своих чувствах к нему.

– А знаешь, что он сегодня у меня спросил? Соглашусь ли я переехать с вами в Москву, когда ты скажешь ему да, представляешь? Ух, какой решительный!

Я закатила глаза и мои губы сами собой растянулись в усмешке."

"– Мария Гавриловна… Я не исключаю такой возможности, что когда-нибудь скажу ему да, но пока что… я его почти не знаю. Вот совершенно. В девятнадцать лет броситься в отношения и брак, как в омут с головой, это, допустим, не так страшно, но сейчас... Как я могу соглашаться на такие вещи с детьми на руках? Я не против того, чтобы мужчина был рядом, и мы постепенно узнавали друг друга. Я хочу, чтобы Макс к нему привык. Но меня эта настойчивость с его стороны настораживает и наталкивает на мысли, что что-то здесь не так...

– Возможно, ты и права, Ксюша…

– Я уже не в том возрасте, чтобы верить в сказки про принцев. Да и сама я далеко не принцесса.

– Отнюдь!  Ты очень женственная и красивая, мягкая и нежная… – осыпала меня комплиментами старушка. – Ты настоящая мать. И эти качества в тебе его очень привлекают!

– Именно! Я мать в первую очередь. Но я уже сказала ему и повторю вам: я не запрещаю ему приходить, ухаживать, заботиться о нас. Но чтобы решиться на что-то серьезное, а тем более, переехать к нему, нужны веские причины. И я таких пока не нахожу.

Мария Гавриловна тяжело вздохнула и ласково мне улыбнулась.

– Главное, чтобы он вас не обижал. Для меня это самый страшный сон после всей недавней истории с Игнатом...

– И для меня тоже. Поэтому я бы хотела узнать человека получше. Ведь я совсем ничего о нем не знаю!

– Ну правильно, деточка. Все правильно ты рассуждаешь. Пойду-ка я полежу немного, а то замаялась что-то, а вы уж позовете, если вдруг нужна будет помощь.

– Мы уже с вами договорились на послезавтрашний вечер. Так что беспокоить вас я сегодня точно не стану, – заверила я старушку и похлопала ее по морщинистой ладони.

Я испытывала теплые чувства к этой женщина, которая отвечала мне взаимностью и переживала за нас с детьми, как за своих родных.

Уложив Надю спать, я успела немного прибраться в квартире и приготовить салат. Макс играл на приставке в своей комнате, а я, закончив с делами, подошла к холодильнику и заглянула в календарь, который висел на дверце. До праздника оставалось всего ничего, и я не знала, что еще случится в нашей жизни с детьми в ближайшие дни. Мне хотелось надеяться, что ничего плохого нас не ждало. От мыслей меня отвлек звонок на мобильный. Я улыбнулась, увидев имя Глеба, а сердце сильнее забилось в груди.

– У нас все в силе?

Я услышала глубокой мужской голос на том конце связи, и от осознания, что мы скоро с ним увидимся, вдруг ощутила все тот же странный трепет.