Мара

 — Да ведь это запрещено! У нее могут покупать еду только зрители.

Он показал ей на большой шатер:

— Видишь флажок над столовой? Пойдем-ка поглядим, что там сегодня в меню.

И Мара пошла вслед за ним в столовую, стараясь делать такие же маленькие шажки, как и он. Она с интересом слушала рассказ о том, что этот человек работает в Брадфорд-цирке уже десять лет. Он с особой гордостью сообщил ей, что выступает не как «один из десятка», а со своим собственным номером. И заметно расстроился, когда Мара призналась, что никогда не слышала о «знаменитом каскаде Джоко».

Когда они подошли к столовой, Джоко вынул из кармана два талончика и отдал их человеку, стоявшему у входа.

— Один за Лорда, а другой за юную леди, — сказал он с достоинством.

— Как вы галантны, Лорд Джоко! — Человек расхохотался, оскалив зубы.

Они вошли и уселись за длинный узкий стол.

— Вы английский лорд? — спросила Мара у Джоко.

— Конечно. В данный момент точно такой же, как ты испанка, арабка… или кем ты там себя называешь? Я лорд — и согласен, чтобы ты была моей леди.

Мара не стала переспрашивать, что он имеет в виду. Слишком много эти люди говорили непонятных вещей, чтобы все сразу уложилось в голове. Если они заметят, что она чего-то недопонимает, они еще, чего доброго, начнут этим пользоваться. Но Джоко пристально смотрел на нее и ждал ответа.

— Я не говорю «навсегда». На время, — объяснил он, вздохнув. — До тех пор, когда ты станешь большой и умной или… — Он передернул плечами. — Будет очень жаль, если ты быстро повзрослеешь. Я просто обязан взять тебя под свою опеку и проследить, чтобы этого не произошло.

— Спасибо, я сама о себе позабочусь, — отрезала Мара, наконец поняв смысл его слов.

Официант, негр средних лет, подошел к ним принять заказ.

— Как он вежливо с вами разговаривает! — заметила Мара, когда негр ушел.

— Да, к нам, аномалам, относятся хорошо, потому что мы приносим немалый доход. Хотя нас немного стесняются и из-за этого кормят за полчаса до того, как повар поднимет флаг. Но с тех пор, как я стал звездой, я считаюсь артистом и ем вместе со своими собратьями.

Он кивнул на соседний стол, за которым сидели несколько мужчин. Все они были разного возраста, роста и габаритов, но их объединял веселый шумный разговор.

— Ты, дитя мое, не артистка, и поэтому, как правило, не сможешь есть вместе с нами. Я говорю тебе это заранее, чтобы ты потом не переживала. Девочки из танцевальной группы едят в этой же палатке, но в другой ее части. Надеюсь, я не обидел тебя?

— Нет, нисколько. Я хочу поскорее стать собой… своей, — честно сказала Мара. Джоко почему-то рассмеялся.

— А разве Руби не сказала тебе, что у вас вычитают из жалованья за еду? — спросил он. — Она должна была дать тебе талоны на питание, когда нанимала на работу.