Развод. Между нами только ненависть

— Я Оленьке предложил побороться за семью, за брак, — обнажает зубы в хищной улыбке, — но она отказалась. Видимо, мы других учим, а сами не видим ценности в семье.

— Маркуша… милый… ну, она у меня любит драматизировать… это она так внимания твоего добивается…

— Думаете? — в глазах Марка пробегает темная и недобрая тень.

— Мы же женщины такие… Куда ж она без тебя? Ну и рубеж у вас сейчас в браке важный и сложный. Какой развод, Маркуша?

— Оленька что-то совсем не хочет стараться, — Марк со лживой усталостью вздыхает. — В общем, я ее к вам отправляю, раз не хочет быть хорошей женой.

— Маркуша, я в санатории, — повторяет мама, — и я квартиру заперла и ключи с собой забрала. Даже соседке не оставила.

— Ничего, тамара Васильевна, дверку мои ребята вскроют и поменяют, — Марк улыбается шире, а у меня дрожь в теле становится сильнее. — Это не проблема. Хорошо, что предупредили."

"Сбрасывает звонок и обращается к Ване, который несет одну из коробок к пикапу:

— У бабуленции надо еще дверь вскрыть, — голос становится жестким и ледяным. — Ключики заныкала, старая карга.

Телефон в руке Марка коротко вибрирует. Смотрит на экран и презрительно хмыкает:

— Надо же, оказывается, один дубликат ключей она оставила у соседки со второго этажа из сто шестнадцатой квартиры, — поднимает на меня взгляд и недобро прищуривается. — О чем с Димой беседовала?

Сейчас надо быть честной. ему солгала моя мама, поэтому сейчас от меня вранья он не потерпит:

— Просила, чтобы он со мной уехал из этого дома… Потому что с тобой опасно… И о том, что ты меня унизили и напугал…

Цыкает и делает ко мне два быстрых резких шага. Я не успеваю отступить. Он Вскидывает в мою сторону руку, обхватывает ладонью заднюю часть шеи повыше загривка, не позволяя мне отшатнуться. Мягким рывком привлекает к себе и прижимается своим лбом к моему, угрюмо вглядываясь в глаза:

— В этот раз прощаю, но не вздумай даже пытаться настраивать моего сына против меня. Хорошие девочки так не поступают.

У меня опять кишки завязываются в тугой узел от его хриплого тембра. Улыбается одними уголками губ:

— Повтори.

Глава 12. В монастырь пойдешь?

Ладонь Марка — горячая, а в его выдохах чувствую терпкий солод. Зрачки немного расширены.

Я должна повторить. Я должна выполнить приказ Марка, но язык присох к небу, а легкие оплел тонкие черные нити страха.

— Ты меня слышала?

Я киваю и опять замираю, как испуганный кролик в когтистых лапах голодного тигра. Господи, какая же я дура. Зачем в последних моих встречах с девочками позволила себе опустить Марка тупого никчемного мужика, который без меня бы ничего не добился.

Спился бы.

Или работал в офисе менеджером-младшего звена.

Или с мамой жил.

Но на его пути встретилась я.