Нас больше нет

Скорее всего, потому, что мы с Катей вроде как много лет соперницами были. А сейчас она моего бывшего мужа пытается соблазнить. Или уже соблазнила… Долго он как-то, десять раз салатник туда-сюда можно было принести.

Злость на Давила была настолько сильной и неожиданной, что я в какой-то момент задалась вопросом: какого черта я делаю? Заставила себя сесть на стул и взять в руки телефон, чтобы дописать письмо. Правда, стул пододвинула к окну. Здесь воздух свежее.

Спустя где-то полчаса во дворе показалась фигура Давида, и я сразу же сбежала в свою комнату.

— Лер, идем, покажу тебе кое-что, — послышалось у моей двери.

— Да чего я там не видела? — буркнула себе под нос и притворилась, что не слышу его."

"Катьке своей пусть показывает.

— Лер, я знаю, что ты не спишь. Выходи.

— Ты можешь просто исчезнуть? — мой голос звенит от раздражения.

— Покажу кое-что и сразу же исчезну. Не переживай. Дорога уже подсохла. Идем, тебе понравится.

Я делаю глубокий вдох. Давид точно надо мной издевается.

Резко тяну на себя дверь и встречаюсь с его насмешливым взглядом.

— Быстро ты как-то с Катькой справился. Годы дают о себе знать? — не могу удержаться, чтобы не съязвить.

— Это она просто такой шустрой оказалась, — не отрицает их связи Давид. — Идем.

Он движется к входной двери, не оборачиваясь, уверенный в том, что я последую за ним. Я бы послала его к черту, если бы знала, что это сработает. Но он слишком упертый. Поэтому в данной ситуации лучше сделать, как он просит, чтобы побыстрее свалил.

На пороге стоит бутылка с молоком, Давид поднимает ее и обходит дом. Я следую за ним молча, скрестив руки на груди, тем самым выражая свое отношение к его компании.

Меня раздражает абсолютно все. И оса, что кружит вокруг меня, и лай соседской собаки, и эта самоуверенность Давида. А еще то, что я пытаюсь найти на нем следы их с Катей связи. Царапины там от ногтей, засосы. Готова даже уткнуться носом в его грудь, чтобы проверить, нет ли на нем аромата ее духов. Не должна у меня их связь вызывать такой реакции.

Давид резко замирает перед лестницей, ведущей на чердак. Поворачивается ко мне.

— Полезай первой, я подержу, она совсем ненадежная, — кивком указывает вверх.

— Эм, ты шутишь? Или хочешь запереть меня на чердаке, чтобы вам с Катей развлекаться в доме не мешала? — вновь не могу сдержаться, чтобы не вспомнить бывшую подругу.

— Хочешь, я вперед полезу? — предлагает он, игнорируя сказанное мной.

— Нет, держи лестницу. — Я решительно сжимаю пальцами тонкие деревянные перекладины и ставлю ногу на первую ступеньку.

Черт, и в самом деле хлипкая до ужаса.

— Перестань пялиться на мой зад, — говорю Давиду и по тому, как он фыркает, понимаю, что он и в самом деле это делал.