Нас больше нет

Так что сейчас ты сидишь здесь вместе со всеми, — в его резком тоне проскальзывают нотки укора.

Я открываю рот, чтобы сказать в ответ что-то колкое, но хлопает входная дверь, оповещая, что пришел тот самый глава службы безопасности отца. Ладно, послушаю лекцию, как себя вести, и сбегу отсюда.

— Здравствуй, ты что-то долго, — обращается к мужчине отец."

"Настя поворачивает вправо голову, смущается и начинает глупо улыбаться, кокетливо накручивая на палец локон волос.

— Простите, задержался. Пришлось улаживать несколько срочных дел.

Я вздрагиваю, так как определенно точно в доме отца не могу слышать этот голос, который, подобно раскату грома средь ясного неба, врывается в мое сознание.

Тяжелые шаги приближаются, я же не способна даже пошевелиться. Смотрю в одну точку, не понимая, какого черта здесь происходит.

Мне показалось. Мне просто показалось.

Но вот Давид останавливается посреди гостиной, останавливая свой взгляд на мне.

Это похоже на удар под дых. Так неправильно видеть его здесь. Мысли все еще ускользают от меня, не давая сформулировать полную картину происходящего.

На мгновенье в глазах бывшего мужа проскальзывают вина и сожаление. Но он быстро прячет их под маской невозмутимости, превращаясь в невозмутимого, бесчувственного робота, каким был большую часть нашей с ним совместной жизни.

Глава 9. Лера

Пока я пытаюсь понять, что происходит, Давид о чем-то переговаривается с отцом. Мое сердце так стучит, что этот звук перебивает все остальные: и лай собак за окном, и телевизор, что работает в кухне, и голоса вокруг.

Меня начинает мутить, потому что пазл медленно начинает складываться.

Давид так спокойно смотрел мне в глаза всего несколько дней назад и, как всегда, врал. Не стройку проверять он приехал, а меня. По поручению отца.

Мне становится нечем дышать в этом доме. Я резко поднимаюсь и, не произнеся ни слова, уверенными шагами мчу к выходу. Кажется, кто-то меня окликает. Но я даже не оборачиваюсь. Я словно в вакууме нахожусь.

Глаза застилает пелена. Все расплывается. С силой сжимаю кулаки, заставляя себя оставаться в реальности. Я так зла. Невероятно. А еще поражена новостью о том, что Давид работает на папу. Я так много раз задавалась вопросом, как там Леонов, чем занимается, не женился ли снова, не отправили ли его в горячую точку, а он, оказывается, все это время продолжал жить как ни в чем не бывало рядом моей семьей.

Тянусь к двери, но чья-то сильная рука перехватывает меня за талию, прижимая спиной к стальной груди. Ноздри щекочет аромат мужского тела, и откликается каждая моя клеточка.

И это бесит.

— Отпусти, отпусти меня! — Пытаюсь извернуться и вырваться из его захвата. Кожу жжет от его прикосновений.