Несерьезные отношения

— Жду тебя здесь. Встреча состоится в ресторане отеля. — Как на секундомер, он глянул на свои часы и коротко кивнул."

"Без двусмысленных намеков. Без шуток. Идеальный начальник. Мечта всех подчиненных. Абсолютно нереальный, чтобы быть правдой. И обладающий слишком пошлой фантазией, чтобы можно было расслабиться.

* * *После контрастного душа и чашки кофе я готова была справиться с любым сюрпризом от Бояринова. Для мотивации не пришлось даже вспоминать недавнее письмо мужа. Хватило злости, решительности и желания заработать деньги на юриста.

И бровью бы не повела, если бы вместо переговоров мой ужасный босс разделся и устроил стриптиз. Но вопреки всем опасениям в ресторане меня встретило не похотливое чудовище, а холодный, лишенный эмоций Мистер Адвокат.

Он почти не улыбался. Ни мне, ни своим потенциальным партнерам. Всего за несколько минут каким-то невообразимым образом Павел смог превратить интеллигентную милую беседу в жесткий словесный спарринг. А после и вовсе устроил допрос.

Я с трудом успевала переводить. Как только с языка слетала одна фраза на русском, тут же нужно было озвучивать очередной вопрос на немецком. Как только адвокат гамбургского юридического бюро и его спутница, совладелица компании, показывали Бояринову какую-то бумагу, которую принесли с собой, — спустя две-три секунды он требовал другую, словно успел со всем ознакомиться, перевести и сделать выводы.

Новый директор моей школы не шел ни в какое сравнение с Бояриновым. До этого момента я была уверена, что Илья Петрович — настоящий бульдог, способный кого угодно заставить подчиняться. Боялась лишнее слово сказать в его присутствии. Отпрашивалась в собственный выходной, словно вымаливала чудо. Но теперь… Спустя несколько минут рядом с Павлом директор казался безобидным щенком, который случайно возомнил себя большой собакой.

Порой создавалось впечатление, что Бояринов вообще не человек, а настоящий суперкомпьютер. Безжалостный, властный и настолько умный, что невозможно было определить уровень ай-кью.

Иногда, когда выдавалась свободная секунда, я даже засматривалась на него. Чтобы не пустить мысли в опасное русло, давала себе зарок найти такого же адвоката для суда с бывшим мужем. Пыталась запомнить выражение породистого лица, когда Павел давил на своих собеседников. Старалась не выдать непривычного волнения. И не подвести.

Это оказалось непросто. Ни институт, ни работа в школе не могли подготовить к таким напряженным переговорам. И, как оказалось, трудно было не только мне.

Спустя всего полчаса немецкий адвокат стал бледным. По его лбу катились капли пота. Очки спустились на кончик носа. А спутница вообще словно выпала из беседы. Облизывая губы, она жадно смотрела на Бояринова. Ела его взглядом.