Ничего, кроме обольщения

Это было единственное место в Гарденере, где деревенские жители могли что-то купить, и он часто был открыт допоздна. Если я хотела побыть с ним не только по воскресеньям, я должна была пойти в магазин. И часто я уже спала, когда он приходил домой.

— Значит, вы почти не знали его?

— Я бы так не сказал. Я знала его так же, как дети моего возраста знают своих родителей. Я любила его, он любил меня. Он всегда мне улыбался или обнимал. Но я была намного ближе к матери. С ней я проводила время целыми днями, помогая ей по огороду, на кухне или по дому, мы все делали вместе.

— Она… готовила?

Это прозвучало, как будто он выдавил эти слова из себя. Как странно. О, подождите, он был лордом, а для таких, как он, на кухне готовят слуги.

Кэти понимающе засмеялась.

— В Гарденере ни у кого слуг не было, сэр Энтони. Хотя моя семья могла себе позволить их, мама хотела, чтобы мы были как все, к тому же ей нравилось работать по дому, а мне нравилось помогать ей. Не то чтобы мы делали слишком много всего, чтобы занять все свое время. Мама уступила и наняла Грейс, когда я стала постарше. Но после того как умер отец, мама занялась магазином, и времени у неё стало меньше, так что большая часть работы по дому перешла ко мне, теперь, когда я думаю об этом, я припоминаю.

Энтони издал звук, как будто испытал боль. Потом он вышел из каюты, даже не попрощавшись. У него что, лицо побелело? Он слишком быстро отвернулся, так что она не было полностью уверена. Кэти нахмурилась, когда Джеймс тоже поднялся и быстро последовал за братом.

Но он оглянулся и приказал:

— Оставайтесь здесь, — затем со стуком закрыл дверь за собой."

"Кэти пробормотала про себя, что, черт побери, происходит? Она не пошевелилась, хотя очень хотелось. Если бы такой приказ отдал кто-либо другой, она, что было духу, бросилась бы в свою каюту. Но так как это был Джеймс, она повиновалась. Даже когда что-то ударилось о стену, и у нее возник немедленный импульс проверить, в чем дело, она осталась на месте.

Снаружи Джеймс прижал Энтони к стене:

— Даже не думай уйти с судна, — прорычал Джеймс.

— Я и не думал.

— Я имею в виду то, что ты собирался оставить Кэти без объяснений. Ты что, черт возьми, обезумел, Тони? Какой демон в тебя вселился?

— Ты слышал, что она сказала. Милосердный Боже, она выросла, выполняя тяжелую, рутинную работу, и это моя вина!

— Поэтому ты обезумел. Аделина сама решила уехать из Англии. Не ты ее посадил на корабль, плывущий в Америку. И ты ее там не оставлял, разумеется. Она могла вернуться домой в любое время.

— Но она бы никогда не уплыла на этом судне, если бы я не нервничал, делая ей предложение, так, что не получил на него положительного ответа, которого хотел. Если бы она была более уверена во мне, она бы пришла ко мне, и мы бы поженились.