Ничего, кроме обольщения

Но для этого я здесь, не правда ли? Чтобы узнать.

Летиция фыркнула от отвращения и прошла в гостиную. Они последовали за ней. Там сидела Софи Миллардс, бабушка Кэти. Кэти изумилась. Софи не была такой уж старой, как она думала. Ей было всего лет шестьдесят пять. Ее темные волосы едва тронула седина. В изумрудных глазах все еще была живость. И Кэти как будто увидела свою мать. Доживи Аделина до такого возраста, она выглядела бы точно так же, в этом Кэти не сомневалась.

Она почувствовала напряжение в горле и в груди, а потом подступили слезы. Она хотела броситься и обнять Софи, но ее ноги словно приросли к полу. Софи могла быть любезной с Энтони и Джеймсом, когда они пришли к ней несколько недель назад, но они принадлежали к одному социальному классу. Кэти боялась, что Софи обойдется с ней так же, как Летиция.

Понимая, какие эмоции обуревали Кэти, Энтони тоже был удивлен внешностью Софи, и сказал:

— Мадам, вы выглядите просто прекрасно, на несколько лет моложе, чем когда вы болели.

Софи улыбнулась ему.

— Это несколько необычный комплимент, но, тем не менее, благодарю, сэр Энтони.

Она еще не посмотрела на Кэти, но это была вина Энтони. Он часто завладевал вниманием женщин ненамеренно, он был так невероятно красив, так что само собой разумеется, что взгляд Софи прежде всего задержался на нем, когда они вошли.

Теперь Софи посмотрела на Кэти, и ее глаза расширились. Они не нуждались в представлениях. Они тут же узнали друг друга.

— Милостивый Бог.

Это было все, что сказала Софи. Прошли секунды, но Кэти показалось, что вечность. Она не могла дышать. Она поведет себя, как настоящая дурочка, если упадет в обморок.

А потом она услышала то, о чем молилась.

— Подойди сюда, дитя.

Софи раскрыла ей свои объятия. Кэти не нужно было другого поощрения. Она бросилась через комнату, упала на колени у ног Софии, обняла свою бабушку за талию и уткнулась лицом в ее грудь. Она была достаточно высокой, чтобы сделать это, и по-настоящему заревела, когда бабушка обняла ее в ответ.

— Не стоит, — пожурила ее Софи. — Прекрати плакать. Ты не можешь себе представить, как я ждала возможности тебя увидеть. Сядь сюда и дай мне посмотреть на тебя.

Кэти поднялась и села на диван, смущенно улыбаясь. Она вытерла одну щеку пальцами; Софи вытерла другую.

— О, Боже, только посмотрите на нее, — сказала Софи в изумлении. — У тебя ее глаза. И наши фамильные ямочки.

Они обе улыбнулись, отчего эти ямочки стали еще заметнее. У Софи они были глубже от того, что ее кожа, в силу возраста была не такой гладкой, но именно от нее Кэти унаследовала свои.

Энтони сел в кресло напротив них и пожаловался.

— Хотел бы я увидеть сходство раньше. Когда встретил Кэти в Лондоне, никто из нас этого не заметил.