Ночь. Лифт. Два Босса (СИ)

Ален отстраняется от груди, в то время как Марк добавляет второй палец, растягивая.

Возмущение застревает внутри, стоит мне открыть глаза и посмотреть в бездну карего цвета.

“Хорошо, попробую,” — соглашаюсь мысленно.

И Ален это видит. Улыбаясь, целует в губы. Отвечаю на поцелуй, прижимаясь к нему, впиваясь ногтями в плечи, шире раздвигая ноги для Марка.

Пока наши языки сплетаются в танце, язык рыжика вырисовывает узоры там, касаясь каждой особо чувствительной зоны, после чего происходит точечный взрыв наслаждения. От этого начинает лихорадить, желание рвется наружу, воплощаясь в моих стонах.

— Громче, малышка, — просит Ален, целуя мой подбородок, ключицу, спускается ниже, сжимает грудь. — Хочу, чтобы ты кричала.

Марк вторит ему тихим рыком и в последний раз касается кончиком языка клитора, после чего осыпает поцелуями лобок, поднимается выше.

Сквозь дымку возбуждения вижу их жаркий поцелуй. Сжимаю мышцы влагалища, закусывая губу.

Мужчины размыкают уста и смотрят на меня слишком плотоядно и произносят почти одновременно:

— Кто-то вчера уснул.

— Кого-то нужно наказать.

Что? Наказать?

Через минут десять я понимаю, что они задумали. Свести меня с ума от желания.

Засранцы.

Это же натуральная агония.

Все горит, в глазах двоится и трясет, настолько я их хочу. Хочу чтобы трахнули, хочу ощутить их внутри, вдвоем, одновременно.

Да-а.

Поцелуи, прикосновения, укусы. Нет участка на моем теле, которому они не уделили внимания.

Черт возьми, я даже не догадывалась, что у меня столько эрогенных зон. Что их так много и мне будет так хорошо и не хорошо одновременно.

Двойственно. Я вроде хочу, чтобы они продолжили, но в тоже время хочу, чтобы больше не прикасались, иначе я свихнусь, не выдержу.

— Не сдерживайся, кричи, — требует Марк.

И я кричу, ругаюсь и требую хотя бы прикоснуться в том месте, которое они умело обходят. Мамочки, ведь одно прикосновение, всего лишь одно, хотя бы пальцем к киске, и был бы полномасштабный взрыв.

Я бы взорвалась и потеряла сознание, сто процентов.

Но фиг там, они дразнили, заводили ещё больше, хотя уже некуда. Не один час. Мне кажется, даже больше двух. Хотя сложно оценить, сколько прошло времени. Потому что моя головушка больше не соображала, только инстинкт размножения работал во всю мощь.

Остановили пытку только когда я начала рычать, как натуральная хищница. И обещать, что буду хорошей, послушной девочкой.

Но только если они позволят мне сначала быть плохой, очень плохой. И они позволили, кажется, им самим было ох как не сладко. Их руки тряслись, как и мое тело.

Ох, что же было дальше…

Больше не было нежности, только грубая страсть, обладание. Они словно метили меня. Потому что после пережитого посмотреть на простого мужика или поиграть в соло с вибратором будет невозможно.