Однажды ты пожалеешь

Я продолжаю мяться, откуда у меня вообще этот ступор?! Это просто мотоцикл…

— Диана… — мягко произносит Данияр.

— Я… — прочищаю я горло. — Я еще не составила завещание...

— Мы сегодня не умрем, — обещает мне Осадчий. — Садись, малыш…

Я отвожу взгляд от его ноги. От бедра — из-за упора, которым Дан удерживает равновесие, под шортами четко прорисовались мышцы. Я смотрю на компанию парней чуть поодаль: они наблюдают за нами, все до одного веселые.

Обвожу языком губы, снимаю очки и вешаю их на футболку. Забираю у Осадчего шлем…

Я точно знаю, что не села бы на мотоцикл ни с кем другим. Точнее, я бы не села на него, предложи это кто-либо другой. Взвесить, разобрать и распотрошить эту мысль мешает беснующийся в крови адреналин.

Я справляюсь со шлемом сама, Дан помогает усесться за его спиной."

"У нас только один шлем, и он на мне.

Я чувствую тело Осадчего. Знакомое как по тактильным ощущениям, так и по каким-то еще — ментальным, энергетическим и так далее. Я обнимаю его торс руками, крепко сжимаю их… его…

— Не разжимай руки, — предупреждает Данияр.

Я и не собиралась.

Он трогается с места медленно. Медленно относительно того, что демонстрировал пять минут назад. И ощущается это тоже довольно медленно, раз я не захлебнулась страхом. В таком темпе мы пересекаем парковку, и это дает мне представление о том, насколько Дан контролирует ситуацию. Что это он управляет мотоциклом, а не какая-то инопланетная сила.

Мне кажется, что все не так страшно.

Мы доезжаем до выезда на дорогу, и, когда вливаемся в очень редкий поток машин, Дан прибавляет скорости…

Я осваиваюсь в ней быстро. Мой пульс растет как будто пропорционально, или мне это кажется, ведь все ощущения вдруг затмевает одно — бабочки в животе. Нарастающий там восторг. Острый, ни на что не похожий. Смешанный со страхом, который только усиливает ощущения, а потом смешивается с ними и в них растворяется…

Взрывается, когда Данияр добавляет еще скорости. Вовремя для того, чтобы взрыв моих ощущений стал похож на фейерверк!

Я чувствую скорость, свободу. Пустоту в голове! Свободу… Я ощущаю полет, адреналин… Держусь за Дана так крепко, что сводит руки. Если спиной он чувствует удары моего сердца, то в курсе, что у меня приступ тахикардии.

Этот полет — незабываемый! Словно скорость касается меня напрямую, и если раньше это было просто слово, то теперь я точно знаю, какое оно на ощупь!

Дан делает круг на кольце, и мы начинаем двигаться в обратном направлении. Пять минут, и они пронеслись передо мной за секунду…

Я чувствую зуд по всему телу — будто из меня рвется энергия, которую я добыла трением в контакте с жарким летним воздухом. Мои ноги нетвердые, я пытаюсь это скрыть, соскакивая с мотоцикла. Когда передаю Осадчему шлем, боюсь его уронить.