Остановите музыку

 — Хотел тебя в клуб пригласить, а ты рычишь.

— Не хочу.

— Очень занят, что ли?

Татьяна подошла к нему, повисла на шее, едва не опрокинув на постель, и крепко поцеловала.

Шепнула:

— Пока. Дверь захлопнешь.

— Захлопну.

Вадик, без сомнения, слышавший пылкий шепот, хмыкнул.

— Вижу, и, правда, занят. Татьяна или Нинок?

Шохин проводил Смирнову взглядом, та из спальни вышла, и он тогда спустил ноги на пол, встал с постели.

— А её в клубе нет?

— Нет. — И вернулся к интересующей его теме: — Значит, блондинка? Завидую твоему богатому выбору, старик. — Предпринял попытку пожаловаться на свои стеснённые обстоятельства в этом направлении, ведь положение женатого человека всё-таки к чему-то обязывает, как выяснилось, но Костя слушать не стал, и просто отключился. Оделся по-солдатски быстро, сунув в карман галстук и второпях заправив рубашку за пояс брюк. Из квартиры вышел, сам до конца не понимая, куда и почему так спешит.

На улице к этому моменту уже успело стемнеть, снова дождь заморосил, и Шохин, оказавшись на заднем сидении своего автомобиля, провел ладонью по влажным от дождя волосам и в задумчивости молчал, не зная, что ответить на вопрос водителя.

— Домой, шеф?

Шею потёр.

— Давай пока покатаемся, — сказал он наконец.

Крутил в руке телефон, понимая, что если он сейчас ей позвонит, а Нина снова не ответит, то вряд ли он сделает это ещё раз когда-нибудь. Он и без того ведёт себя, как юнец, думая о ней бог знает сколько времени. Но номер всё же набрал, хотя пришлось поступиться некоторыми принципами. Точнее, переступить через них, но Шохин тут же пообещал себе, что это лишь небольшая уступка, и он это непременно исправит.

Гудки были длинные, и каждый будто издевательство. Отвечать ему не торопились, и с каждой секундой Костя впадал во всё большее раздражение, даже в душе тяжесть, и пока только она придавливала, сдерживая, бешенство. И он настолько сосредоточился на этом невыносимом чувстве, что, услышав в трубке голос Нины, в первый момент растерялся. К тому же она в явном недовольстве выдохнула:

— Ты ещё что от меня хочешь?

Он помолчал, раздумывая. Хотя, вроде бы, со вчерашнего вечера точно знал, чего именно от неё хочет. И как-то сразу злиться перестал, уступив эту прерогативу ей. Неизвестно почему.

— Хочу поговорить.

Она вздохнула куда-то в сторону. И в раздражении, и в бессилии, и как-то устало.

— Костя, я не могу сейчас.

— У тебя выходной?

— Нет, но… В общем, я занята.

— Чем? — поинтересовался он строго.

— Костя! — И тут же отвлеклась и сказала кому-то полным возмущения голосом: — Не надо тыкать в меня пальцем. Я отлично помню, что подписывала!

Шохин нахмурился.

— Что у тебя происходит? Ты где?

Пауза, чьи-то голоса в трубке, преимущественно женские, после чего Нина сказала, уже тише:

— Дома.