Остановите музыку

 — До тебя дошёл слух, что я с некоторых пор не один живу, и ты решила, что я, в надежде развязаться с тобой раз и навсегда, окажусь на редкость щедрым? Так? Но любопытнее другое: кто доложил?

— Тебя это, всерьёз, волнует? Лучше скажи, сколько ты мне заплатишь.

Костя поставил пустой бокал на каминную полку, обернулся и сунул руки в карманы брюк, глядя на жену.

— Зря ты думаешь, что молодое тело меня сделало более щедрым. У нас с тобой уговор.

Контракт, если хочешь. Подписанный. Ты забыла?

Жанна недовольно сдвинула брови и уставилась в свой бокал, поболтала на дне остатки вина.

— Я советовалась с адвокатом. Я могу расторгнуть контракт.

— Я тебя засужу.

— Жену?

— Разведусь и засужу. Ты с голоду сдохнешь.

— Не пугай меня, Шохин.

— Не пугаю. Я не отдам тебе виноградники. — Костя вызывающе усмехнулся. — Меня бы обвинили в убийстве. Ты же сопьёшься и умрёшь там.

— Может, хватит? — резко оборвала она его. — Не надо делать из меня дуру. Я знаю, сколько они стоят.

— Они стоят больше, чем я — заметь, я! — за них когда-то заплатил.

— Если бы не я, тебе в голову не пришло их купить!

— Ну, с этим я спорить не буду. Надо было ещё тогда насторожиться.

— Моё имя в документах. У меня такие же права, как и у тебя!"

"— Нашла ещё одного любовника-адвоката? Это он тебе объяснил? У нас с тобой договор. Ты получаешь прибыль с виноградников в течение пяти лет, а потом они переходят в моё полное владение. Если ты тратишь быстрее, чем получаешь прибыль — это не мои проблемы. Да и зачем тебе виноградники? Как ты будешь их содержать? У тебя нет средств. Я вкладываю деньги, и всё работает. А ты что будешь делать? Ты погрязнешь в долгах, а то и ещё и сядешь.

Что французские законы говорят по этому поводу? Не узнавала?

Она молчала и нервно мотала ногой. Потом сказала:

— Купи мою долю.

Костя потёр подбородок.

— Купи, — проговорил он, вроде как раздумывая над её предложением. — Зависит оттого, за сколько ты хочешь её мне продать.

— Я не дам тебе развод. Я не останусь с голой задницей.

— А раньше ты о чём думала? У нас, любимая, брачный контракт. Виноградники — это мой промах, из-за него мы ещё женаты.

Она криво усмехнулась.

— Да, за деньги ты удавишься.

— Вот ещё. Я, скорее, тебя удавлю. Или думаешь, мне денег жалко? Мне потраченных усилий жалко. Я четыре года в них вкладывал, а ты, наверное, надеялась когда-нибудь запустить в производство «Вдову Шохина», да? Ты понятия не имеешь, что такое содержание виноградников, ты только деньги получать привыкла. Но, кажется, в мозгах прояснилось. Уж не знаю, радоваться мне или наоборот.

— Я хочу алименты.

Шохин кивнул, даже признал:

— Разумно. Ведь даже если ты продашь свою долю третьему лицу, деньги, в конце концов, промотаешь. А так, будешь доить меня. Заманчивая перспектива.