Остановите музыку

А оставшиеся три варианта выглядели так: она все-таки возвращается в родной город, к родителям, но это уже на совсем крайний случай, потому что для нее это подобно самоубийству, все равно что поставить на своей жизни жирный крест; либо находит другую работу, не связанную с танцами, что без образования и каких-либо навыков и других талантов, будет проблематично, если только не довольствоваться изначально мизерной зарплатой; либо взять все и сразу, при этом наступив на свою гордость, воспитание и чувство порядочности, которым она так гордилась, или хотела гордиться, потому что другого не оставалось. Хотя, о какой порядочности идет речь? Все знакомые в этом городе, судя по всему, уже поставили на ее морали крест, а все ее старания поддержать репутацию направлены только на нее саму.

Да и вообще, кому какое дело? Она знала, что все сейчас говорят о Пашке, о его карьере и его успехах, а ее уже давно записали в неудачницы, а сейчас она и вовсе брошенная жена. Которую и бросили-то, возможно, оттого, что она пошла по кривой дорожке. Что, вообще, у нее есть в жизни, кроме ребенка? Когда переехали в этот город, казалось, что перед ними все дороги открыты, и тогда она и Лариса Усманова были наравне. В те времена Лариса волновалась из-за нее, они были равными соперницами, ни в чем друг другу не уступали, а сейчас Лариса может позволить себе влиять на мнение ее начальства, директора школы, который после ее наговоров даже раздумывать долго не стал, без всяких сомнений принял ее слова на веру, и Нину в тот же день уволили. А Лариса, скорее всего, даже не задумается о серьезности сказанных ею слов, для нее это маленькая месть бывшей сопернице, которая когда-то обошла ее на первенстве.

Ариша присела рядом с ней на диван и протянула альбом с рисунками. Нина погладила дочку по голове, пролистала альбом, а Арина перевернула его на последнюю страницу. Нина вымученно улыбнулась, чувствуя, как внутри все узлом завязывается.

— Не переживай, я завтра куплю новый. — Принялась расплетать Арине косички, потом поцеловала в темную макушку. — Вот увидишь, у нас все будет хорошо. — Вздохнула. — Мама уже знает, что делать.

Знала, но перебороть себя было куда труднее. Приехала на следующий день в «Тюльпан», чувствуя себя предательницей по отношению к самой себе, но промучившись всю ночь, и перебирая в уме возможные варианты, другого выхода не нашла. Репутацию она себе точно не испортит, над ней и так в городе смеются, это в лучшем случае, а в худшем жалеют, так что стыдиться и переживать уже поздно. А это единственный шанс вырваться из замкнутого круга долгов и безденежья. Ей нужен только рывок, стартовая площадка, чтобы оторваться от Пашки и начать жить, не завися от его финансовой помощи. До этого момента никак не получалось.