Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

Кир с любопытством наблюдал за моими действиями не мешая.

- Так лучше? - Отодвинулась от него.

- Зачем привязывать руку?

- У тебя сломана кость, - показала ему ещё не сошедшие синяки в месте перелома, - если не привязать, она снова начнёт болеть и может перестать двигаться. Понимаешь?

Мужчина кивнул, ещё раз осмотрел повязку. Снаружи затрещали кусты, довольно близко от нас. Мы замерли, спрятанные густыми зарослями папоротника. Людоеды возвращались. Они прошли прогалину и быстро скрылись из вида.

- Я пошла. А ты пока не делай копьё, побереги руку. Кость может снова сломаться от удара.

- Хорошо, - Кир бросил взгляд на палку и камни, - сделаю нож, - пока не приходи. Опасно. Я сам добуду себе пищу.

- Ты разводишь костёр? Его могут увидеть.

- Нет, можно есть и так, - он пожал плечами.

Я скривилась, представив вкус сырого мяса. Но Кир прав, голод - не тётка, а восстанавливать силы надо. Интересно, есть ли у меня в запасе глистогонные?

Выглянула из укрытия, прислушалась. В лесу было тихо. Выскользнув наружу, понеслась домой. В деревне было шумно. Женщины делали новые копья, пращи. Набирали камни для снарядов. Я направилась к яме, что мы рыли. За это время она значительно увеличилась, можно заканчивать.

- Хватит, - остановила я аборигенок, - будем пускать воду.

Мы продолжили небольшую канавку до получившегося водоёма, с другой стороны прорыли сливной арычок, чтобы вода не разлилась по деревне.

Поток начал наполнять яму, поначалу со дня поднялась грязь, но потом муть осела, и вскоре у нас был свой рукотворный прудик.

Женщины во все глаза наблюдали, как вода заполняет углубление, с видом детей, впервые увидевших цирковое представление. На лицах светилась радость.

Пришла Дая, когда пруд почти наполнился.

- Хорошо. У нас теперь будет много воды.

- Я видела людоедов недалеко от деревни, - в такой момент скрывать плохие новости нельзя.

Дая бросила на меня странный взгляд:

- Могут напасть сегодня. Всем поесть и ложиться, надо, поспать до захода солнца.

Вскоре после еды деревня опустела, женщины разошлись по шатрам. Лишь пара часовых охраняла наш сон.

Глава 13

Кто сказал: ожидание смерти, хуже самой смерти. Он был чертовски прав. Уснуть до захода солнца я так и не смогла. Выбралась из шатра и напросилась в караульные. Когда сумерки погасили последние лучи солнца, мы развели костёр. Оглядела полянку перед ним. Всюду лежали заранее заготовленные копья, камни для пращи. Жаль, что не успела довести до ума задумку с обжигающим соком.

Я взяла почти просохшие стебли рогоза, села досушивать их дальше. Осмотрела один, отверстие было достаточным, чтобы колючка без труда прошла сквозь него. Устроилась в хорошо освещённом месте, взяла шип с комочком глины.