Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

Женщины рвались к самодельной купели, пока Дая не прикрикнула на них.

После обеда мы разложили по периметру ограды кучки камней для пращников, запасные копья. А я наделала ещё снарядов для метаний. Трубок из рогоза было немного, но и то подспорье. Хоть кого-то удастся вывести из строя. Взяла Ину, Айю, которой в бой тоже было рановато, выбрала ещё пару молодых девушек, и они метали шипы, пока от напряжения не начало сводить челюсти.

- Как ты думаешь, - обратилась я к Дае, когда мы ужинали у костра, - людоеды отправились к другим?

- Рано радоваться, - покачала она головой, - они ещё не ушли.

Оставив часовых, все отправились спать. В лесу царила тишина, и я очень надеялась, что барабаны сегодня будут молчать.

Они и правда не стучали. Только после полуночи нас разбудили часовые:

- Поднимайтесь! Возле деревни кто-то есть!

Стараясь не шуметь, мы выбрались из хижин, рассредоточились по периметру ограждения. Все наблюдали через щели, что творится в зарослях.

Со стороны калитки слышался невнятный шум, но это могли быть и ночные животные.

Я протолкнула трубку в щель, которую отыскала в заборе, вглядываясь в темноту. Шум как будто стих. Мы посидели ещё немного и уже собрались расходиться. Вдруг Айя подняла руку, привлекая внимание. И указала правее от меня. Женщины поспешили к ней, я выдернула свою плевалку и тоже переместилась туда.

В кустах точно кто-то был, листья дрожали, говоря о том, что через заросли передвигается живое существо.

Ветви разошлись и в темноте показались оскаленные морды людоедов. Они подбирались тихо, в руках были зажаты какие-то плошки, от них шёл дымок.

- Огонь, - догадалась я, - бегите за водой!

Половина женщин сорвалась с места, наполнили туески и успели вернуться, пока каннибалы подбирались к изгороди.

Я прицелилась в лицо, что было ближе ко мне, моему примеру последовали Айя и Ина. Шипы покинули свои ложа почти одновременно, раздались гневные вопли. Колючки мы вымочили в жгучем соке и теперь трое мужчин катались по земле, выдирая глубоко впившиеся снаряды.

Поняв, что их разоблачили, людоеды, вскочив на ноги, с оглушительными криками кинулись вперёд. Селянки не дремали, через забор полетели камни и копья. В рядах мужчин стало просторнее, но это их не остановило.

Те, кто сумели добежать, высыпали из чадящих плошек угли, прямо под иссохшие брёвна.

- Воды, скорее! - крикнула, следящая за людоедами, Дая.

Над забором поднялась волна пара, раскалённые головни шипели, не желая сдаваться, но холодная влага неумолимо одерживала верх.

Угли полетели через забор, рассыпаясь алыми всполохами по земле. Женщины зачастили к пруду и обратно, заливая занимающийся пожар. Подходить вплотную к ограде аборигены остерегались. Помнили, как наткнулись на жгучие кусты.

Сверху посыпался град камней и копий.