Песнь льда и огня. Книги 1-9

Если я совершу редкостную глупость и отрублю его красивую голову, его мать будет горевать, его друзья проклянут меня как братоубийцу, а Злой Клинок коронует его брата Хэйгона. Мёртвый юный Дэймон — герой. Живой — препятствие на пути моего сводного брата. Ему трудно будет создать третьего Короля Чёрное Пламя, когда второй, к его неудобству, всё ещё жив. Кроме того, такой знатный пленник будет украшением нашего двора и живым свидетельством милосердия и доброй воли Его Милости Короля Эйриса.

— У меня тоже есть вопрос, — сказал Эгг.

— Я начинаю понимать, почему твой отец был так рад от тебя избавиться.

— Кто взял яйцо дракона? Стражники стояли у двери и на лестнице, никто не смог бы проскользнуть в покои Лорда Баттервелла незамеченным.

Лорд Риверс улыбнулся.

— Если бы я пытался разгадать эту загадку, я бы сказал, что кто-то забрался по сливу сортира.

— Слив для этого слишком узок.

— Для взрослого человека, ребёнок смог бы это сделать.

— Или карлик, — выпалил Дунк.

""Тысяча глаз и один. Почему бы некоторым из них не принадлежать труппе комических карликов?""

Джордж Мартин

Игра престолов

Посвящается Мелинде

Пролог

— Надо бы поворачивать, — встревожился Гаред, как только лес вокруг них начал темнеть.

— Неужели ты боишься покойников? — вопросил сир Уэймар Ройс с легким намеком на улыбку.

Гаред не попался на крючок. За свои пятьдесят лет он успел навидаться, как приходят и уходят эти господа.

— Мертвый мертв, — отвечал он. — С ним не о чем говорить.

— А они действительно мертвы? — спросил Ройс. — Какие доказательства есть у нас?

— Уилл видел их, — отвечал Гаред. — И если он говорит, что они мертвы, мне других доказательств не нужно.

Уилл знал, что его рано или поздно вовлекут в разговор, и хотел, чтобы это случилось по возможности позже.

— Мать моя говорила мне, что покойник не запоет, — сказал он.

— То же самое говорила моя няня, — отозвался Ройс. — Уилл, никогда не верь тому, что слышишь возле женской титьки. Есть вещи, которые можно узнать даже от мертвых. — Голос его слишком громко отдавался в сумрачном лесу.

— Нам предстоит долгая дорога, — напомнил Гаред. — Восемь дней, а быть может, и девять.

Сир Уэймар Ройс поглядел на небо без всякого интереса.

— Ночь каждый день приходит примерно в это же время. Неужели тьма лишает тебя мужества, Гаред?

Уилл увидел, как напрягся рот Гареда, как сверкнул едва сдерживаемый гнев в глазах под толстым черным капюшоном плаща.

Сорок лет — юность и зрелость — провел Гаред в Ночном Дозоре, и свое прошлое он уважал. Однако здесь крылось нечто большее. Под раненой гордостью старшего Уилл угадывал нервное напряжение, опасно приближающееся к страху.