Песнь льда и огня. Книги 1-9

 — Шестьдесят заложников отправлены в Восточный Дозор и Сумеречную Башню; предварительно их покормили. Женщин Эдд Толлетт увез в Бочонок, остальные при нас."

"— Ненадолго, — заверил Джон. — Через пару дней Тормунд уйдет со своими в Дубовый Щит, других тоже пристроим.

— Так точно, милорд. — Мурш, судя по его тону, охотно пристроил бы их по своему усмотрению.

Замок, в который вернулся Джон, сильно изменился по сравнению с утренним. Черный Замок на его памяти всегда был тихим, сумрачным местом, где сновали как призраки люди в черном, десятая часть прежнего гарнизона.

Теперь в тех окнах, где никогда не было света, зажглись огни, дворы наполнились голосами, всюду пестрели шубы.

У старой Кремневой Казармы несколько взрослых мужчин… перекидывались снежками. Подумать только! Так играли когда-то Робб с Джоном, а после них Арья и Бран.

В бывшей оружейной Донала Нойе и в комнатах Джона было, однако, все так же темно и тихо. Не успел Джон снять плащ, в дверь заглянул Даннел и доложил, что пришел Клидас с посланием.

— Пусть войдет. — От уголька на жаровне Джон зажег вощеный фитиль, от него три свечи.

— Виноват, лорд-командующий, — сказал, моргая розовыми глазами, Клидас.

 — Вы, должно быть, устали, но я подумал, что вы захотите увидеть это незамедлительно.

— Правильно подумал.

«В Суровом Доме, с шестью кораблями, — говорилось в письме. — „Черный дрозд“ пропал вместе с командой, два лиссенийских корабля выбросило на берег Скейна, „Коготь“ дал течь. Здесь дела плохи, одичалые поедают умерших. В лесу упыри. Браавосские капитаны согласны взять только женщин и детей, ведуньи нас называют работорговцами. Попытка захватить „Ворону-буревестницу“ отражена, шесть человек команды и много одичалых погибли.

Осталось восемь воронов. В воде упыри. Шлите помощь сушей, на море шторм. Писано на „Когте“ мейстером Хармуном». Внизу расчеркнулся Коттер Пайк.

— Дурные вести, милорд? — спросил Клидас.

— Весьма. — «В лесу и в воде упыри, из одиннадцати кораблей уцелело шесть». Джон хмуро свернул пергамент. Ночь собирается, и он начинает свою войну.

Отставной рыцарь

— На колени перед его великолепием Гиздаром зо Лораком, четырнадцатым этого благородного имени, королем Миэрина, потомком Гиса, октархом Древней Империи, владетелем Скахазадхана, супругом Дракона и наследником Гарпии! — прокатился между колонн зычный голос герольда.

Сир Барристан Селми проверил под плащом, хорошо ли меч выходит из ножен. Оружие в присутствии короля могут носить только телохранители, а он, Селми, как будто еще в их числе, несмотря на отставку. Никто по крайней мере не требовал, чтобы он сдал свой меч.

Дейенерис Таргариен принимала просителей на скамье черного дерева, которую сир Барристан заботливо устелил подушками.