Пленница

Он заглядывает в окно, просвечивает, что там внутри.

- Я могла бы его перекрасить завтра. Чтобы не смущать туристов.

- Это чужая собственность.

- Ну да, верно.

- Если хочешь, иди спать. Я закончу сам.

И мне бы пойти спать, честное слово, причем одновременно со святошей, но после всего того, что я узнала о папе, я чувствую себя слишком беспомощной и жалкой.

Да, пойти спать, - было бы лучшим решением, но вместо этого я помогаю Алтаю организовать поджог таким образом, чтобы можно было оштрафовать хозяина.

Вагончик быстро и бодро загорается. Пахнет краской, металлом и бензином.

Мы присаживаемся на безопасном расстоянии прямо на землю и наблюдаем за костром. Я поднимаю глаза вверх, на магическую россыпь звезд Млечного пути. Наверное, городские жители, родившиеся в мегаполисе и не выезжающие за его пределы, и не представляют как прекрасен космос.

Очень тихо. Спокойно. Немного даже одиноко, но мне нравится. Я ощущаю себя смелой. Немного, правда, потряхивает от адреналина и осознания того, что я совершила преступление. Кожа горит. В душе все сжимается. И все-таки...

Алтай сидит рядом и молчит, неотрывно смотрит на огонь, и у меня получается его рассмотреть. Если бы не шрамы, наверное... когда-то... его можно было бы назвать симпатичным. Правильный профиль, ровный нос, подбородок. Но уши... Боже. Языки пламени играют тенями на его лице, придавая тому дьявольское выражение.

- Мы подожгли вагончик, - шепчу я.

Алтай усмехается уголком разорванной губы и меня передергивает. Достает четки, перебирает их громко.

- Мы подожгли чужой вагончик! - повторяю я вполголоса.

- Тебе надо было идти спать одновременно с Иссой.

- Грязные дела в вашей банде именно на тебе?

- Хм. Зачем марать все руки, если можно ограничиться парой?

- А можно личный вопрос?

- Если только не про кровь девственниц. - Он облокачивается на руки.

- Нет, - прыскаю. - Почему именно отельный бизнес?

Пожимает плечами.

- А почему нет?

- Но все же? Мой папа... тот самый дядька, который танцевал с полуголыми проститутками, говорил, что ты закончишь в тюрьме.

Алтай мешкает пару секунд, будто обдумывая ответ.

- Я... всегда много работал физически. Занимался спортом, бил людей на ринге. После армии хотел открыть свою школу кикбоксинга, но для этого нужны были деньги.

Вагончик весело горит, клубы черного дыма поднимаются в высь.

- Ты работал у папы, да? Я только не знаю кем.

- Вышибалой, - морщится. - Плохая работа. В какой-то момент я понял, что больше не хочу калечить людей за деньги. Даже если это спорт. Внутри возникло отвращение. В этот день я придумал, что хочу заниматься отельным бизнесом. Смотреть на счастливых туристов. Получать положительные отзывы. Просто вот так, - он щелкнул пальцами. - Пришло решение.

- Но чтобы построить такой отель... прекрасный, кстати, отель, Алтай.