Пленница тирана

Безошибочно узнала его, — черные пронзительные глаза, прожигающие так, что Сармат по сравнению с ним — ласковый котенок. И, хоть хозяин, лениво развалившись, потягивал виски из своего бокала, глядя на меня, поваленную у его ног из-под полуприкрытых век, — чувствовала, — его расслабленность — обман. Такой может вот прямо так же, вальяжно откинувшись на спинку в один момент убить голыми руками, — и продолжать при этом цедить свой виски.

— В ее сумочке нашли продукты с кухни, Маниз, — холодно сообщил Сармат откуда-то со стороны.

Боже! Теперь залило пониманием! Не воровать!

За воровство здесь наказывают так строго… Нет, не строго, — просто по-зверски! Как-то мне говорили, что одну из отважившихся на такое после так и не нашли…

— Это не я, — умоляюще подняла на него залитые слезами глаза. — Не я, умоляю вас!

— Ммммм… Вот, значит, вор, таскающий уже неделю с моей кухни? — Маниз прищурился, откинув мои спутавшиеся волосы с лица и погладил по щеке.

И от этого обманичиво спокойного прикосновения стало гораздо страшнее, чем в той комнате, куда меня затащили по дороге.

— Я ничего не брала, — замотала головой, отчаянно надеясь, что он мне поверит. — Я не брала! Ничего!

— Так чего тебе не хватало, сладкая, — рука Маниза продолжала гладить мое лицо, а я лишь всхлипывала, глядя на него с отчаянием. — Плачу мало? Чаевые у тебя маленькие? Так ты бы улыбалась посетителям получше, — и больше бы были! Или просто натура такая, что не можешь не взять то, что плохо лежит, а? — его ласка мнимая закончилась, он дернул за волосы так, что из глаз снова потекли слезы.

— Умоляю вас, господин! — я застонала, понимая, что он меня просто не слушает. — Клянусь, — я ничего не брала! Ни разу! Камеры хотя бы проверьте!

— Неделю. Неделю ты предавала мою доброту, позволившую тебе здесь работать, — глаза Маниза стали совсем холодными, мертвыми прямо.

— Камеры повреждены, — вмешался охранник. — Иначе нам бы не пришлось искать так долго.

— Хитрая девочка, да? — Маниз дернул за волосы сильнее и склонился над моим лицом. — Не просто своровать решила? Решила, что ты умнее, да?

— Нет! — я судорожно впилась пальцами в колени Маниза. — Не брала я ничего и ничего не портила! Отпустите!

— Отпустить… Хм… Отпущу, конечно, что я, зверь, что ли? Трахну тебя для начала, потом охрана позабавится, а когда надоест, — пальцы тебе отрублю. И отпущу, конечно. На хрен ты мне дальше нужна будешь, а? Может, так бы только пальцами отделалась, но камеры вредить и отпираться… Зачем в лицо доброму хозяину плевать? Зачем кусать руку, которая кормит, а?

Глава 12

— Я ничего не делала! Это не я! Пожалуйста… — задыхаясь, еще пыталась вымолить пощаду, — но уже поняла — ее не будет. Ничто уже не поможет. Никто не спасет.