Пленница тирана

— Так это и есть за один, — усмехается, змеей глядя. — Зато первым выберешь, какой твоей душе угодно, дорогой… А цена… Ну, так за ущерб же… Еще неизвестно, не съедут ли после твоих подвигов с острова люди… Может, после такого я один здесь и останусь. И старость свою на необитаемом острове доживать буду, а?

— Я в доле, — даже не смотрю на цифры Маниза. Хрен знает, — импульсивное решение, но мне здесь нравится. Да и такого партнера, как Тигр, хрен найдешь. Этот сдохнет, но не подставит.

— Оу, дорогой, и ты решил остаться? — Маниз прищуривается, а в глазах пляшут таки цифры и баксы. Прикидывает, что продешевил, — на двоих — то он бы совсем другую сумму выдал.

— Не коротать же тебе здесь век в одиночестве, в случае чего, — подмигиваю хитрой змее. Можем даже сегодня бумаги подписать, если Артур не против."

"— Только за, — мы крепко пожимаем друг другу руки под новую неодобрительную ухмылку Маниза. Не любит он, когда кто-то объединяется. Всех в кулаке держать любит, но чтобы каждый оставался по отдельности. Так управлять легче.

— Ну, что, отметим сделку? — через час в кабинете у Маниза все документы уже подписаны. На столе появляется виски, куча его восточных закусок и девочки. Прямо на столе, — танцуют, извиваясь, аккуратно переступая босыми ногами через тарелки.

Кривлюсь от одной мысли, — она тоже могла бы сейчас вот так изгибаться перед нами. Или перед кем-нибудь другим, — вот, Тигр один мог бы быть, если бы мы партнерство не заключили.

И, — как бы ее драли? Прямо здесь, от стола не отходя? Или по очереди, — вначале гость а потом и дорогой хозяин? Или — вдвоем, — эти игры Маниз, насколько я знаю, тоже очень даже любит. Я и сам, бывало, когда-то по молодости увлекался… Есть в этом что-то притягательное, — когда девчонку с двух сторон насаживают… Кода кончает и захлебывается в трясучке, отсасывая тебе и смотрит замутненными глазами, и дергается, — а член сосет так, как в последний раз… Да… Кода-то в этом был свой кайф.

— Не брезгуйте, — Маниз по-своему расценивает то, что написано у меня на лице, — может, и у Тигра тоже? Да, рано или поздно, перебробовав все, что только становится доступным с первым серьезным баблом, появившимся в карманах, нам это все надоедает. — Девки чистые, нетронутые. Целки, — деликатес для дорогих гостей.

Поднимаю глаза, — и столько блядства в этих нетронутых, блядь, вижу, столько призывной похоти, — в глазах, в том, как облизывают языками распахнутые губы, как теребят соски уже на обнаженных грудях, — да даже в Заринке моей, которая до хера в постели уже не первый год как повидала, и то невинности больше, — хотя и в ней ни хера ее нет.