Пленница тирана

Дышу наконец-то — на полную мощность, — даже не чувствовала раньше того, что грудь все это время будто сдавленной оставалась! Дышу, и… Улыбаюсь! Значит, — не вытравил, не уничтожил, не убил меня он внутри до конца! А мне казалось — никогда больше не улыбнусь, не смогу просто… Значит, — будет жизнь!

Закоулками, дворами, дорожками, по которым машине не проехать, добираюсь до родного дома.

Все еще оборачиваюсь на каждом шагу, — но это уже, наверное, напрасно.

Вряд ли со мной стали бы церемониться или просто следить, куда пойду, — не те это люди. Если бы заметили, — уже бы схватили и затолкали в какую-нибудь машину. Ну, а адреса моего Морок наверняка не знает. И даже если поинтересуется у Маниза, — к тому времени я буду уже далеко!

А, может, и спрашивать его не станет.

Сам же говорил, чтобы со скалы прыгала. Равнодушно совершенно. Может, ему вообще все равно. Узнает, что нет меня, — да и плюнет.

Но скрыться все равно нужно. Полагаться на удачу — последнее дело! Один раз повезло, в следующий все иначе сложиться может."

"Взлетаю на наш этаж и грохочу в дверь кулаками. Чувствуя, что вот сейчас, как только дверь откроется, — просто свалюсь и отключусь. Но, слава Богу, я — дома! И, кто бы мне не открыл, — Игорь или Кир, — повалюсь я в родные крепкие руки!!! А дальше парни что-нибудь уже придумают!

— Девушка, вы кто?

Дверь слегка приоткрывается. Из-за узкого зазора на меня с возмущением смотрит дородная тетка в возрасте.

— Чего в двери колотите? Вы кто, вообще, такая?

— Я… — даже задыхаюсь, ничего не понимая. Родственников у нас нет, — разве что Игорь решил сдать квартиру, чтобы слегка подзаработать? Этот вариант мы тоже обсуждали, — можно было перебиться какое-то время даже и в какой-нибудь общаге. Но мне претила одна мысль о том, что в нашей квартире поселятся чужие люди. Будут здесь ходить, прикасаться к родным вещам… После этого наш дом будто уже и не нашим станет.

— Я… Вера Брагина… Это наша с братом квартира! — на место растерянности приходит возмущение, — почему, в конце концов, в собственном доме меня держат в дверях и я должна оправдываться? Перед незнакомой теткой! Игорь Брагин. Мой брат, — где он?

— Деточка… — пожевав губами, тетка пристально и с легким презрением осмотрела меня с ног до головы. Скривилась, — ну да, вид у меня сейчас еще тот, понимаю. Да и запах, наверное… Смущает, — это как минимум. Похожа сейчас на приблуду какую-нибудь.

— Он — мой брат. Это — наша квартира, — выдыхаю, устало прикрыв глаза.

Так и есть — наверняка сдал и сам теперь в какой-нибудь общаге или у Кира ютится. А мне, — в таком виде, — вообще сложно поверить, что я не бездомная.

— Позвоните ему хотя бы… — выдавливаю, чувствуя, как силы покидают меня.