По остывшим следам

Женщина уехала в столицу, где скромно жила на проценты с небольшого капитала, доставшегося от отца. Ей очень хотелось иметь семью. Или хотя бы порядочного человека возле себя. Когда подвернулся немолодой вдовец, Ольга Дмитриевна сделала все, чтобы удержать его. Лыков открывался ей медленно, он не спешил брать на себя какие-либо обязательства. Но замечал, что ему уже хочется видеть подругу почаще. Как пойдет дальше, Алексей Николаевич старался не думать. Но нет-нет да вспоминал старую пословицу про коготок. Который ежели увяз, так всей птичке пропасть…

Вечером сыщик явился в управление полиции, но застал там лишь одну Анну Порфирьевну.

Ее муж был на облаве, полицмейстер – тоже. Казанцы все надеялись поймать сбежавших обратников. Письмоводительница интересничала, строила столичному полковнику глазки, но как бы шутя, не переходя границы приличия. Выпив с милой дамочкой чаю, питерец отправился к себе в номера.

Все произошло в долю секунды. Он поднялся в комнату, закрыл за собой дверь. Начал снимать сюртук и вдруг почувствовал, что рядом кто-то есть. Лыков успел сделать только одно движение, но самое важное: он закрыл горло левой рукой, выставив вперед локоть.

Что-то блеснуло в темноте, и руку обожгла резкая боль. Не мешкая, Алексей Николаевич наугад двинул правой. Соперник кувыркнулся через голову, вскочил и опрометью, мимо сыщика, скользнул в дверь. Тот и не думал преследовать: рука адски болела, из нее хлестала кровь. Зажав рану, Лыков побежал на стойку.

Через час, перевязанный и пахнущий йодом, коллежский советник опять пил чай в обществе Анны Порфирьевны. Только на этот раз рядом сидели и пристав, и полицмейстер. Они уже осмотрели рану и одинаково поцокали языками.

Длинный кривой рисунок, глубоко проникающий разрез – все указывало на знакомый почерк. Те самые африканские браслеты! Успев прикрыться, питерец спас себе жизнь. И даже огрызнулся, так что убийца счел за лучшее сбежать.

– Ну вы и хват, Алексей Николаевич, – уважительно констатировал полицмейстер. – От такого зверюги отбились. В темноте, неожиданно… Я бы уже остывал в морге. Бр-р!"

"– Нападение указывает, что Вязальщиков в курсе всего, – веско объявила Анна Порфирьевна. – Он нанес удар по руководителю.

Хотел обезглавить дознание.

Мужчины переглянулись и кивнули: верно. Губернский секретарь предложил:

– Надо приставить к Алексею Николаевичу охрану.

– Валентин Семенович прав, – тут же согласился Васильев. – Но я предлагаю вам еще кое-что. А именно – переехать сюда и поселиться у меня. Так будет безопаснее.

– У тебя, Леша, пятеро детей, – возразил пристав. – Мы заберем Алексея Николаевича к себе. Правда, Аннушка?

Жена смотрела на сыщика застывшим взглядом и откликнулась не сразу.

– Что? Ах да, конечно.