Под прицелом моего сердца
Вторая книга серии. Изначально планировалась история о друге Велизара — Даниеле, но Муз решил иначе. Эта история о Емельяне Сургутове…
— Типа того, — пробормотала я, — Емельян спит.
— Дак я ж и не к нему, — Даниель шагнул в квартиру, увидела в его руках спортивную сумку, — Вот, привез, как и обещал, твои вещи.
Оторопело уставилась на парня.
— Ты что? Ты в моих шмотках копался? — возмутилась я.
— Расслабься, — уже серьезнее проговорил Дан, — Я рассмотреть ничего не успел. И не стоит благодарности.
С этими словами Даниель развернулся, и, оставив сумку с моими вещами, вышел из квартиры. На прощание он оглянулся, когда я уже собиралась закрыть дверь.
— Не скучайте тут, — весело подмигнул он, и, насвистывая, сбежал вниз по лестнице.
Закончив с уборкой в гостиной, решила не рисковать больше. Не убирать ведь мне спальню, когда Сургут в ней спит? Так что, можно теперь принять душ."
"Струи воды смывали остатки воспоминаний о дневном эпизоде на бывшем рабочем месте. Синяки и ссадины приобрели лилово-желтый цвет. На ребрах, как и на лице расцвел огромный синяк. Вытираясь после душа, поняла, что забыла прихватить с собой чистую смену белья.
Спиной почувствовала взгляд, изучающий, и, скорее всего, недовольный.
Мда, не повезло. Обернуться все-таки пришлось, не стоять ведь мне в коридоре вечность, да еще и без одежды практически. Нет, в одежде, вернее с одеждой в руках, а на теле одно крохотное полотенце, и то грозило вот-вот свалиться к ногам. Крепче ухватилась за края ткани, обернулась. В центре кухни стоял Емельян с огромной кружкой в руках и смотрел на меня.
— Я это… я… привет, — промямлила я, стараясь не смотреть в глаза парню.
— Ага, — ответил он, — Понял уже.
— Ну, я пойду? — проговорила я, решившись, наконец, посмотреть Емельяну в глаза.
Вопреки моим ожиданиям, Сургут смотрел в мои глаза. Нет, я понимаю, что любой бы мужик, оказавшись в подобной ситуации, смотрел бы на ноги, или на грудь, а этот нет, прям в глаза смотрит, еще и серьезно так. Даже неловко стало. Рука в кармане спортивных штанов, в другой — огромная кружка. Волосы торчат, будто он их только что взъерошил.

















