Под прицелом моего сердца

Кое-что он сложил в холодильник. Придвинул кресло еще ближе к моей кровати, поставив его вместо тумбочки. Теперь Емельян сидел рядом со мной, можно было протянуть руку и прикоснуться к любимому. Вот только сил уже почти не хватало. Усталость навалилась. И жутко хотелось спать.

— Потерпи немного, — услышала шепот Сургута, — Тебя скоро в обычную палату переведут. Без всех этих пищалок и трубочек.

— Скорее бы, — вздохнула я, проваливаясь в сон. Услышала, как Сургут, что-то прошептал. Потом вошла медсестра, тихо о чем-то поговорила с Емельяном. Дальше я провалилась в глубокий сон.

Ночью пару раз просыпалась. Но, увидев любимого рядом, вновь засыпала, чувствуя, как теплая и надежная ладонь, осторожно держит мою руку.

Глава 15. Злата

Каждый день Емельян проводил у меня. И как бы я ни пыталась настаивать на том, что помимо меня у него еще есть и другие заботы, он не уходил. Вернее, уезжал на несколько часов, а потом возвращался, привозил нужные мне вещи, одежду, продукты. А еще дарил мне цветы, какую-нибудь мелочь, или игрушки. В общем, мой брутальный Сургут, некогда совсем не романтичный, исправлялся.

А каждую ночь спал в кресле рядом. Мне было его ужасно жаль, ведь неудобно, а все равно Сургут не сдавал позиций. Спорить устала, просто попросила генерала походатайствовать об отдельной кровати или кушетке для Емельяна. Правда, до сих пор не понимала, как ему вообще разрешили постоянно находиться рядом со мной. Но не спрашивала, потому, как самой было очень приятно видеть любимого рядом.

В наш день рождения Емельян приволок очередной букет цветов и пакет, который он поставил на кресло.

— А у меня для тебя подарка нет, — грустно вздохнула я, глядя на Емельяна.

Парень был занят тем, что ставил букет в вазу на окне. Их, букетов и ваз, скопилось уже приличное количество за время моего пребывания в госпитале. Так, наверное, нужно бы уже намекнуть Сургуту, что хватит бросать деньги на ветер, тратя их на цветы, которые рано или поздно завянут.

— Отчего же? — сказал Сургут, поставил букет цветов в воду и обернулся ко мне. Спрятав руки в карманы джинсов, стоял в метре от меня. И смотрел. Вроде бы улыбка на губах, но взгляд немного грустный.

— Буду должна? — предположила я, все еще ломая голову над тем, что же ему подарить, как только меня выпишут из больницы.

— Нет, — улыбнулся Сургут, и подошел ко мне, присел на край кровати, — У меня есть ты.

Вот вроде бы и сказал мало, и слова все понятны, а все равно, ничего не ясно."

"— Каждый день с тобой — самый лучший подарок, — добавил он, и обхватил мою ладонь руками. Несколько секунд Сургут молчал, хотела уже пошутить над ним, сказать что-нибудь по поводу его возраста, но поняла, что не тот момент.