Подари мне чешуйку

Это всего лишь дружественный визит!

– Что? – спросил блондин, заинтересованный моей реакцией.

Я глянула на Рокота – может инициатива исходит от него?

– Нет, – ответила гордо. – Ничего. – И ещё более гордо замолчала.

Вздёрнула подбородок, готовясь к битве, но Птицелов махнул рукой, как бы намекая, что тема нарушений закрыта. А потом внезапно обратился к багряному:

– Рок, а может дашь ей чешуйку?

Рокот дёрнулся, прищурил зелёные глазища, а Птицелов продолжил:

– А почему нет? Она симпатичная, милая, и она не отстанет."

"Я искренне удивилась такой поддержке, но решительно сжала кулаки, всем своим видом показывая: всё верно, не отстану. Буду приходить сюда снова и снова, до тех пор, пока не получу законный трофей.

Рок выпустил из ноздрей облачко белого дыма, а блондин…

– Мне кажется, она достойна. То, что сумела пробраться сюда, тоже что-то да значит.

Из ноздрей Рокота опять вырвался белый дым.

– Девушка по-настоящему талантлива, – выдал новый аргумент белобрысый. – Кто знает, может через пару десятков лет сами пойдём к ней на поклон?

Последнее было маловероятно, но я зарделась. Ну а багряный… у него там что, угли водой затопило? Просто драконью морду снова овеяло дымом, и в этот раз облако получилось больше и плотней.

Несколько секунд тишины, и точно знаю – драконы в этот момент общались! А потом Птицелов просиял и сообщил:

– Рок подумает.

Всё-таки Рок?

Я невольно нахмурилась – ведь вчера багряный был не только Роком-Рокотом, но и «моим лордом». А ещё вчера в голосе Птицелова звучала почтительность, а сегодня тон приятельский. Так кто он ему? Друг или аристократ-сюзерен?

Я хмыкнула, однако интересоваться не стала – чтобы не спугнуть удачу. Рокот подумает! Значит есть реальный шанс заполучить чешуйку!

Перед мысленным взором сразу возникло раздосадованное лицо Томаса, и я просияла. Потом набралась наглости и спросила:

– А сколько времени нужно уважаемому Рокорэллу?

– Три дня, – последовал ответ. Причём после паузы, то есть блондин, прежде чем сказать, уточнял.

Моя улыбка стала шире и счастливее, и даже мысль о том, что явно чего-то в этом разговоре недопонимаю, не смутила. Она мелькнула и погасла, зато проснулось сочувствие вперемешку с любопытством.

– Можно спросить? Чем всё-таки Рокот болеет? Понимаю, что у драконов своя анатомия, но вдруг ему поможет какое-нибудь человеческое лекарство? Я могу достать.

Птицелов замер на секунду, а Рок фыркнул. Следом прозвучало:

– Рокот не болен. У него всё в порядке.

– М-м… Но ты ведь сам сказал, что это… – я развела руками, указывая на окружающий пейзаж, – карантин.

– Может я подобрал неточное слово? – отозвался блондин.