Тайный наследник для миллиардера

Соня берет ее за руку и встревоженно дергает:

— Ба, ты чего?

Богдан подъезжает ко мне почти вплотную. Мать Тимура переводит на него взгляд и ахает. Хватается за косяк двери, приваливается к стене, а от ворот к нам уже бежит двое охранников. Тот, что впереди, прижимает к уху телефон.

— Да, Тимур Демидович, одну секунду, — он протягивает телефон Арсановой, другой рукой поддерживая ее под локоть. Даже мне слышно из динамика, как орет Тимур.

— Мама, на черта ты притащила в мой дом Нину? Я же сказал, чтобы эта стерва там не появлялась. Вы напугали Полину и Богдана?

Арсанова то бледнеет, то покрывается пятнами.

Мне ее даже жаль становится.

— Сынок, я не знала… Прости, — она растерянно бормочет. Подхожу и склоняюсь над ней.

— Извините, можно мне поговорить с Тимуром?

Она отдает мне телефон, и я поспешно говорю в микрофон:

— Тимур, это я, Полина. Успокойся, милый, все хорошо, и с детьми все хорошо. Пожалуйста, перестань бушевать, — прикрываю рукой трубку и шепчу: — Ты так орешь, что всех сейчас разобьет инфаркт, включая твою маму.

Теперь из динамика доносится лишь шумное рычание. Мне вдруг становится очень тепло и надежно, как будто вокруг меня и моего сына выросла высокая стена, отгородившая нас от всех опасностей в мире.

— Она притащила мою бывшую жену, Полька! Я запретил Нине даже близко подходить к моему дому и моему ребенку.

— Уже все хорошо, Тимур. Она ушла. Мы сейчас с твоей мамой будем пить чай, а ты иди лучше скорее закончи все свои дела, чтобы раньше вернуться. Мы все тебя очень ждем.

— Ты тоже? — рычание сменят участившееся хриплое дыхание. Он невозможный этот мужчина, просто невозможный!

— Я особенно, — отвечаю и улыбаюсь.

Неужели он в самом деле может стать моим мужем?

— Ловлю на слове, — Тимур возвращается к обычному командному тону, — а теперь дай трубку матери.

— Возьмите, ваш сын хочет с вами поговорить, — возвращаю телефон Арсановой, которая уже вполне совладала с собой. Но лицо ее по-прежнему выглядит потерянным. — А я пойду заварю чай. Вы какой предпочитаете?

— Бабушка любит черный с лимоном, — отвечает за нее Соня, и я быстро притягиваю девочку к себе. Ее тоже нужно успокоить, дети не должны наблюдать за разборками взрослых.

Арсанова окидывает нас с Сонечкой странным взглядом, косится на сидящего в коляске Бодьку и издает судорожный вздох.

Тимур уже не кричит на мать, поэтому мне не слышно, о чем они говорят.

Да я и не собиралась подслушивать. Я иду в кухню, переполненная новым и незнакомым мне чувством.

За меня никто никогда не был готов разорвать всех вокруг, включая собственную родительницу. За меня и моего ребенка. И для этого мужчины я тоже готова на все.

Даже выпить чаю с его матерью.

Глава 22

Выглядываю в окно — Арсанова все еще сидит в беседке.