Мышка для Тимура

— Ну, или по пирожному? — настаивает он.

— Нет, спасибо… За мной сейчас Тимур заедет…

Тут тренькает телефон.

Тимур реально словно чувствует, когда про него говорят.

— Я у входа, ты все?

— Да, выхожу.

Поворачиваюсь к Руслану:

— Приятно было поболтать.

Подхватываю пакеты и несусь на выход. По пути думаю о том, какого, собственно, хрена надо от меня этому лощеному мужику, но ответа не нахожу.

Москва — странный город, здесь у каждого свои подтексты, и их фиг разгадаешь…

Тимур стоит на месте, где нельзя парковаться, пижон.

Выходит из машины, смотрит, как я приближаюсь, с пакетами и лохматая, словно ведьма.

И улыбается хищно и довольно.

Ему безумно идут темные очки в стильной оправе, небритость, ленивые повадки крупного, знающего себе цену зверя.

У меня сердце замирает, когда вижу его.

Обреченно улыбаюсь в ответ, в очередной раз убеждаясь, что попала. Надо же… Не хотела, береглась, отказывалась… И попала.

Внутри все сладко екает, стучит и томно ноет… Это, наверно, и есть те самые бабочки, да?

Странное состояние… Никогда раньше… Вот ведь угораздило меня…

Все эти мысли мелькают в голове бешеным калейдоскопом, когда иду к Тимуру, почему-то стараясь делать это красиво, легко, а не как нагруженная вещами лошадка.

Глаз его не видно, а ужасно хочется посмотреть, понять, нравится ли ему мое желтое платье на три размера больше, радужные кроссовки, бежевый рюкзачок… Я ему нравлюсь сама?

Вспоминаю, что волосы у меня больше похожи на метелку, немного сбиваюсь с ритма.

Но Тимур шагает навстречу и ловит на полном ходу, прижимает к себе.

Его грудь твердая, руки — горячие, а в стёклах очков отражается мой дурной, поплывший взгляд и немного испуганное, какое-то глупое лицо.

Господи, дура дурой ведь…

— Мышка… — мурчит он, напоминая большого, довольного собой кота, — красивая какая…

— Да? — глупо спрашиваю я, послушно вися в его руках и жадно разглядывая склоненное ко мне лицо.

— Очень… Желтое тебе к лицу… — он наклоняется, мягко целует шею, тут же покрывшуюся мурашками каких-то безумных просто, слоновьих размеров, — и волосы красивые… Тебе их надо распускать…

— Да? — опять спрашиваю я.

— Да… И пахнешь… М-м-м… Покусаю тебя сегодня…

— Да? — похоже, заклинило меня… Идиотизм…

— Да… Поехали домой? Да?

— Нет! — ого, а это прогресс!

— Нет? — он опять мягко трогает губами мою шею, скользит выше и ниже, сжимает сильнее, ладони его, крепкие такие, широкие, обхватывают, не давая освободиться, подчиняют, и это сладко, так приятно.

У меня валятся из рук пакеты, беспомощно упираюсь в плечи Тимура, не в силах отстраниться.