Прекрасный яд

По натянутым мышцам я вижу, что он напряжен. Он также мало говорит.

Поэтому я заполняю паузу, стараясь не оставлять его маму в неловкости — что ему не составляет труда.

Завлечь его в разговор — нелегкая задача, но, по крайней мере, Хелена кажется менее грустной, и ее улыбки более естественные.

Она спрашивает об университете и тренировках, на что Кейн отвечает как-то сухо, но я добавляю немного эмоций своими ответами.

— О, я не знала, что ты учишься на стипендию, — говорит она с восхищением. — Это впечатляет, Далия. Тебе, наверное, пришлось хорошо потрудиться ради этого.

А я отнимаю твое драгоценное время и прошу тебя развлекать меня.

— Если ты это понимаешь, то не приглашай ее больше, — резко говорит Кейн.

Я сильно толкаю его локтем и улыбаюсь его маме.

— Мне очень приятно. Этот умиротворенный сад — приятная перемена после городской суеты. Я действительно вам благодарна. Не слушайте Кейна. В девяноста процентах случаев он говорит не то, что думает.

— Неужели? — он улыбается, обнимая меня за шею и сжимая руку.

— Конечно. Ты бываешь таким занудой, — я убираю его ладонь. — В любом случае, мы можем встретиться с вами, когда захотите.

Хелена улыбается и качает головой.

Вскоре Кейн устает от этой игры в семью и настаивает на том, чтобы мы ушли. Его мама обнимает его, но он отстраняется и похлопывает ее по спине. Когда наступает моя очередь, я обнимаю ее как можно крепче и обещаю, что мы скоро увидимся.

А я даже не люблю обниматься.

Когда Кейн проводит меня из сада в дом, положив руку мне на поясницу, я смотрю на нее.

— Может, тебе стоит быть добрее к своей маме.

— Может, тебе стоит быть менее любопытной, — он останавливается посреди длинного коридора и поворачивается ко мне, напрягая плечи.

 — Почему, черт возьми, ты не можешь хотя бы на один день перестать все усложнять?

— Если боишься сложностей, иди и найди себе кого-нибудь попроще.

— Далия… — он обхватил мою шею рукой, и его голос прозвучал низким, темным тембром. — Тебе нужно научиться не лезть в мои дела.

Я запускаю пальцы в его волосы и тяну, затем встаю на цыпочки и шепчу ему на ухо:

— А как насчет «нет»?"

"Его горячее, тяжелое дыхание скользит по моим губам. Боже. Почему я хочу его поцеловать? Мы сейчас не занимаемся сексом, и близость мне не нужна.

Это сбивает с толку и противоречит логике.

Кейн дышит все тяжелее, его хватка крепнет, а ноздри раздуваются.

Он сдерживает себя.

Запирает за той стеной, которую я так ненавижу.

— Я справлюсь с тобой, Кейн, — шепчу я, гладя его волосы, а не дергая их.

— Ты думаешь, что справишься.

— Я знаю, что справлюсь, — я облизываю губы, и его потемневшие глаза фокусируются на этом движении, загораясь.

— Ты ничего не знаешь, — хрипит он, не отрывая взгляда от моих губ. — Ты просто нужна мне для секса, Далия.