Прекрасный яд

Не тот образ, который он так хорошо изображает, и не тот контроль, с которым он управляет своей жизнью.

Не поймите меня неправильно. Он определенно садист, который получает удовольствие от того, что причиняет мне боль во время секса. Но, с другой стороны, мне это нравится. В этом смысле мы подходим друг другу.

Я просто не люблю эмоциональный садизм, и в последнее время мне кажется, что мы делаем успехи. Он не причиняет мне боль — по крайней мере, не намеренно — и слушает, когда я говорю, что мне что-то не нравится.

На днях я сказала, что не люблю, когда он трахает меня в одежде, и он больше так не делал.

Кейн вытирает шайбу о перчатку и протягивает ее мне.

— Для тебя.

— Правда? Я могу ее взять?

— Капитан сказал, что можешь.

— Спасибо! — я целую его в щеку, оставляя след от красной помады. Его любимой.

— Мне нужен другой поцелуй, — Кейн сжимает мои волосы и пожирает мои губы.

На глазах у всего кампуса, лиги и толпы.

Румянец поднимается по моей шее, даже когда я позволяю ему целовать меня. Я всегда верила, что мне не важно, что думают другие, но когда Кейн публично заявляет о своих правах на меня, я чувствую себя обезоруженной.

Но также потерянной в сюрреалистическом мире.

Я слышу, как игроки гудят и свистят. Слышу крики и шепот толпы, но все, на чем я могу сосредоточиться, — это Кейн.

Он такой ослепительный, такой божественный, такой неотразимый, что я не могу ничего с собой поделать.

Мне все равно, что мы из разных миров. Что я тянусь к тому, что не должна трогать.

Ви всегда говорила, что бесцельная звезда не должна приближаться к солнцу, иначе она взорвется и сгорит.

Но сейчас все это не имеет значения.

Он поглощает меня.

И я позволяю ему.

Даже если в итоге я об этом пожалею.

Наконец-то я достала ДНК Хантера.

В основном потому, что украла его бутылку с водой после игры, когда он отвернулся, и подменила ее на похожую, из которой отлила воды до того же уровня.

И мне это сошло с рук только благодаря суматохе и хаосу после победы.

Поскольку команда устраивает вечеринку в одном из баров города, я говорю Кейну, что мне нужно закончить некоторую работу в лаборатории, и ухожу.

Судя по его выражению лица, ему это не понравилось, но я успела ускользнуть, когда он был окружен товарищами по команде.

Я трачу несколько часов на извлечение, затем сохраняю образец и делаю пометку, чтобы никто его не трогал, и я смогла перейти к следующему этапу.

Теперь можно продолжать, но уже почти полночь, и Кейн звонил мне два раза за последние пятнадцать минут.

Он скоро приедет за мной, а я не должна позволить ему догадаться, чем я тут занимаюсь.

Завтра я закончу амплификацию и попробую перейти к…

В тишине раздается скрип.

Я замираю.

Белая стерильная лаборатория кажется большой и угнетающей.