Проклятый дом

Здесь было еще темнее, чем в гостиной, но он не стал включать фонарик — свет фонаря выдал бы его врагу. Поэтому он подождал минуту, пока глаза привыкли к темноте, и двинулся в обход обеденного стола, стараясь понять, откуда донесся услышанный им шорох. Это был звук чьих-то шагов? Или звук открываемой двери? Он ждал, слушал… И снова тот же звук, только теперь он доносился из кухни. Лев осторожно подкрался к кухонной двери, распахнул ее — и увидел прямо перед собой фигуру в монашеском балахоне.

— Стой! Ты задержан! Руки вверх! — крикнул Гуров и включил фонарик.

Фигура в балахоне не шевельнулась.

Он сделал шаг вперед, откинул капюшон, закрывавший лицо неизвестного… И увидел перед собой болванку в человеческий рост — вроде тех, какими пользуются портные. И тут в дальнем конце кухни что-то стукнуло, и оттуда повеяло свежим воздухом. Уже понимая, что он вновь опоздал, поддался на уловку преступника, Лев кинулся к двери и увидел, что она открыта, а в парке кто-то двигался между деревьями. Он выскочил в дверь, побежал в ту сторону…

Пробежав метров пятьдесят, Лев понял, что гонится за тенью. Он не знал, где находится неизвестный.

Бегать по парку, искать его можно было до самого утра. Но кто мог дать гарантию, что преступник или его сообщник, если тот действует не один, в это время не нападет на кого-то из обитателей дома? Он вздохнул, выключил фонарик и тем же путем, через кухонное окно, вернулся в дом. Обошел кухню, ища следы пребывания здесь злоумышленника, но никаких следов видно не было. Тогда он прошел в холл и поднялся на второй этаж. Подошел к двери детской и осторожно попробовал повернуть ручку. Нет, дверь не открывалась, она была заперта. Тогда он проделал то же самое с дверями, которые вели в спальни Светланы Кирилловой и супругов Новиковых. Но они оказались заперты."

"Лев вернулся в холл, открыл распределительный щиток и вновь включил ночники в холле и гостиной. Затем спустился в подвал и обнаружил там, что и ожидал обнаружить: балахонов, которые он нашел сегодня днем, сейчас на месте не было. А провод, устроенный неизвестным, чтобы управлять распределительным щитком, был на месте. Он достал перочинный нож и перерезал этот провод. Потом запер подвал, вернулся в кухню, подобрал упавшую на пол болванку, закутанную в балахон, и перенес все это в свою комнату.

Пока проделывал все эти операции, ему снова почудился какой-то звук, доносящийся из глубины дома. Он опрометью бросился в гостиную, оттуда в столовую, на кухню… Везде все было спокойно. «Кажется, со мной происходит то же самое, что с моим погибшим другом Игорем Кирилловым, — подумал Лев. — Возможно, ему так же по ночам чудились шорохи, стуки, и он метался по всему дому, пока не упал с лестницы. А может, он не упал, а его столкнули? Что ж, такое вполне возможно.