Пуля с Кавказа

– Да, правильно… Осторожный, старый чёрт! Придётся разделиться. Покамест получите вот это.

Подполковник порылся в карманах и вынул три маленьких металлических предмета.

– Это же «кри-кри»! – удивился Алексей. – Зачем они в горах?

«Кри-кри» было французское изобретение, недавно проникшее в Россию. Конструкция из двух железок при нажатии издавала резкий, неприятный звук, который и дал название игрушке. Всеобщая мания, подобно заразной болезни, охватила города империи. И мальчишки, и даже взрослые люди ходили по улицам и с утра до вечера развлекались, запуская противный визг в толпу. Лошади пугались, дамы вздрагивали, младенцы рыдали… Городские думы запрещали заграничное изобретение своими постановлениями, полиция ловила и штрафовала нарушителей, но эпидемия не проходила. И вот теперь Таубе выдаёт им «кри-кри» перед штурмом пещеры…

– По этому звуку мы будем опознавать друг друга. Свист или крик можно подделать. А такой визг не повторишь. Теперь часовые. Лыков берёт правого, Даур-Гирей левого. Мы с Ильиным наступаем по фронту. По вашим сигналам атакуем пещеру. Рассыпься!

Алексей оценил позицию и пошёл в обход своего часового. У него ушло на этот манёвр двадцать минут. Подкрался. Абрек в белой щегольской бурке, наброшенной поверх ергака, прислонился к скале и лениво поглядывал на тропу. Нападения он явно не опасался. Одним быстрым движением коллежский асессор перерезал ему горло и ткнул лицом в бурку, чтобы заглушить хрип. Прислушался, извлёк из кармана железку и подал сигнал.

– Кри-кри! – отозвались ему в ответ три игрушки. Значит, Даур-Гирей тоже успел разобраться со своим караульщиком. Алексей быстро сместился ко входу в пещеру, опять нажал устройство. Тут же из-за камней вышли Таубе и Ильин, держа оружие наготове.

– Кри-кри! – раздалось из пещеры.

– Даур уже там. Вперёд! – скомандовал барон, и все трое ворвались внутрь убежища. Больше они ничего сделать не успели: в грудь им упёрлись стволы винтовок.

Сопротивление было бесполезным. Добрый десяток абреков окружил русских со всех сторон, держа их под прицелом.

– Бросай оружие! – раздался из глубины старческий неприятного тембра голос. Таубе, помешкав секунду, положил винтовку на землю, отстегнул пояс с шашкой и кинжалом, бросил следом револьвер. Ильин с Лыковым неохотно последовали его примеру. Немедленно всем троим связали руки за спиной и повели внутрь."

"Пламя костра осветило пожилого человека среднего роста, с редкой седой бородой на худом морщинистом лице. Голову старика украшала папаха, обвитая куском жёлтого шёлка[130]. Лемтюжников! Он подошёл к своим пленникам и злобно ухмыльнулся:

– Ну, вот и свиделись! Заждался я вас.