Секретарь старшего принца 6

"

"Краем глаза я видела, что у него в руках большая коробка, да и ароматы пряностей и фруктов расползались по моему рабочему кабинету, намекая на появление сладостей.

Но голову я не подняла, продолжила проверять расчёты по финансированию сверхурочных часов работы офицеров ИСБ, занимавшихся расследованием деятельности Фламиров, их покушения на Валерию, когда она считалась только избранной, и выявлением их сообщников.

Я делала вид, что Элора не существует — если только дело не касалось службы. Увы, это был единственный доступный мне протест против его желания уберечь меня от встречи с Неспящими в Киндеоне.

— Креветочки марципановые прямо милые, — попытался разговорить меня Элор. — И надпись подарочная, хоть взгляни…

Коробку он водрузил мне на стол прямо перед документами. Я продолжала делать вид, что ничего не замечаю, хотя это трудно, когда витают сладкие ароматы, добавляются такие знакомые и тревожащие ноты корицы, а в поле зрения мелькают красивые руки.

Зашуршал золотой бант, открываемая крышка. Элор осторожно вытащил бумажную формочку с желе цвета морской волны и танцующими креветками в креме. Сахарными лапками они держали плитку белого шоколада с надписью «Прости».

«Не прощу», — хотелось сказать, но… это значило заговорить с Элором о чём-то помимо службы, а я решила пока говорить с ним только о службе.

И точка!

— Халэнн, — протянул Элор полужалобно, полуумоляюще. — Я просто о тебе беспокоюсь. Переживаю за твою безопасность.

Не добившись от меня ни ответа, ни взгляда, он стал раскачивать конструкцию с креветочками и напевать тоненьким голоском:

— Халэнн, Халэнн, ну посмотри на нас, ну попробуй нас, мы такие вкусные-вкусные, аппетитные-аппетитные, Халэнн, посмотри на нас…

«Слушай, ещё пару дней этой дрессировки, и твой дракон совсем крышей поедет, — мрачно констатировал Жаждущий. — Ты бы его приласкала, что ли. Хоть даже столом по голове — ему любое твоё внимание сейчас в радость».

Я это понимала. И именно понимая, что Элор тяжело переносит демонстративное игнорирование, я выбрала такую форму воздействия.

Потому что иных не было, теперь я даже пригрозить ему уходом не могла: мне просто не дадут это сделать. И изобразить уход ненадолго не могла.

Оставались только нечестные формы борьбы вроде этой, на которые Элор не станет жаловаться родственникам. Я уже два дня с ним не разговаривала на личные темы, а ко мне до сих пор никто с претензией не явился.

— Вкусная, прекрасная креветочка, — не унимался Элор, отколупнул одну креветку из композиции и потянулся через стол, явно метя сладким творением мне в губы.

Не обращать внимания на это было тяжело, я подхватила листы и откинулась на спинку кресла, делая вид, что читаю. Из-за ширины стола Элор не мог до меня дотянуться, пошёл в обход.