Секретные поручения

— Мы занимаемся борьбой с идеологическими диверсиями, значит, наши руки и инструменты, которыми мы пользуемся, должны быть идеологически безупречными! — раскрасневшись, орал подполковник. — А вы приносите мне самую настоящую идеологическую диверсию! Вот она!

Заишный потрясал листком, исписанным далеко не каллиграфическим почерком Курлова.

— Он издевается над нами! Так какую пользу вы собираетесь от него получить?!

Если эту бумагу увидит генерал? Или проверяющий из Москвы? Думаете, они посмеются милой шутке вашего э-э-э… Курлова? Нет, капитан, ты вылетишь со службы в пять минут, да и мне придется пересесть в другое кресло!

Обычно подполковник так себя не вел.

Видно, выходка этого идиота гораздо серьезней, чем кажется на первый взгляд.

Начальник словно уловил его мысль. Он глубоко вздохнул, взял себя в руки и перешел на другой тон, которым разговаривают с умственно отсталыми.

— Скажите, капитан, неужели вы действительно не поняли, что нельзя допускать в официальных документах нецензурных выражений? Тем более написанных с ошибками?

— Почему с ошибками? — угрюмо спросил Агеев. Ему казалось, что с орфографией тут все в порядке, и он хотел хоть немного оправдаться.

— В словарь надо смотреть! — Заишный раздраженно ударил ладонью по столу, ушибся и вновь вскипел.

— Да если даже и без ошибок! Вы соображаете…

Подполковник безнадежно махнул рукой и оборвал себя на полуслове.

— Документ переписать, псевдоним изменить! — четко приказал он. — Ясно?

Свободны!

Когда дверь уже закрывалась, до Агеева донеслась вырвавшаяся в сердцах фраза:

— Да он и вправду полный кретин!

Эта фраза уязвила капитана в самое сердце. Ему недавно стукнуло тридцать девять, а он все еще ходил простым опером, с маленькими звездочками на погонах.

Карьера явно не сложилась, и он считал, что продвижению по службе мешал злосчастный развод, хотя иногда из обрывков разговоров и шуточек сослуживцев понимал, что его считают… мягко говоря, не очень умным человеком. Но не придавал этому значения, списывая обидные слова на козни недоброжелателей. А раз и начальник так считает… Это похоже на заговор, когда все против него. Значит, ему не видать майорской должности как своих ушей, хоть всех тиходонских диссидентов выяви и спрофилактируй! Да на диссидентах сейчас и не особенно выдвинешься — время такое: очередная оттепель, даже Сахаров и Солженицын уже не враги, а почти друзья… Теперь начальников больше другое интересует — наркотики, оружие, политические экстремистские организации… Ходят слухи, что Пятое управление вообще собираются то ли сокращать, то ли перепрофилировать. А организационно-штатные изменения вряд ли будут способствовать его карьере…

«А все этот засранец! — без всякой логики подумал капитан про Курлова.