Сказочник

И именно тога Марина сказала, что ее проблемы — это только ее проблемы. Хоть пару месяцев назад Игорь дал денег ей на лечение потому что она, Ася, чуть не на колени становилась, чтобы выручить нерадивую сестру. Кажется, мозг Марины и ее совесть существовали в какой-то параллельной вселенной, где она либо совершенно не помнила этих вещей, либо делала вид, что не помнит.

Неразборчивая ругань на заднем фоне неприятно резанула по ушам отборным мужским матом. Марина ответила тем же манером."

"— Игорь сказал, что поможет, если ты перестанешь дурить…

— Предложи Игорю взять тебя в качестве содержанки, — улыбаясь сама себе, сказала Ася. На душе не было ни обиды, ни злости. Только совершенно ясное понимание того, Марина в который раз попытается за ее счет выйти сухой из воды. Возможно, не будь их разговора пару дней назад, она бы бросила все и очертя голову понеслась искать пути решения очень внушительной финансовой проблемы. Но… те слова до сих пор звучали в ушах: «Упади в ноги Игорю…

Сделай ему…». — Знаешь, Марина, я думаю, если ты упадешь ему в ноги, будешь умолять его решить твои проблемы и хорошенько отсосешь, то Игорь обязательно решит твои проблемы. Ну хотя бы часть из них. И заодно передай ему, что я не меняю своих решений. Никогда. И пусть не утруждает себя тестами на отцовство — Тим, конечно же, совершенно точно не его сын, потому что мать природа наверняка позаботилась о том, чтобы Игори Мельниковы не размножались.

— Ты… не можешь так со мной поступить, — как-то ошарашенно ответила Марина.

— Относись к другим так, как они относятся к тебе, — придерживаясь выбранного тона, ответила Ася. — И, Марина… Если из-за тебя с мамой что-то случится — я тебя из-под земли достану.

Наверное, отключаться сейчас было слишком малодушно, но дальше продолжать разговор сил не было. Что еще скажет Марина? Будет лихорадочно придумывать новую приманку для шантажа? Заведет старую пластинку о том, что ей все должны только потому, что она своими же руками убила перспективу учиться в ВУЗе?

Ася повернулась — и наткнулась взглядом на Тимура: он стоял в дверях и держал на руках проснувшегося Тима. И выглядел при этом так естественно, будто всю жизнь только то и делал, что нянчил этого маленького плаксу и любителя распевать ночные арии.

— Прости, что взял его без разрешения, — немного виновато сказал Тимур, — но Тим проснулся, а ты, кажется, слишком увлеклась разговором.

Что? Он правда думает, что она не дает ребенка потому что не доверяет? Асе хотелось треснуть себя по лбу.

— Я не против, если ты… Если, когда я буду такой глухой мамашей-гусыней, ты…

— Что случилось, Морковка? — перебил ее Тимур, приподнимая Тима под подмышки и покрепче прижимая к себе.