Сказочник

В его руках ребенок казался совсем крохотным, беспомощным — и защищенным одновременно. — У тебя лицо такое, будто вот-вот расплачешься.

Она покачала головой.

— Мне можно сказать, маленькая. Я, конечно, не то, чтобы большой мастер находить нужные слова, но слушать умею.

— Моя сестра снова влипла в неприятности, — сдалась Ася. Нужно было просто выговориться, банально вытряхнуть из себя все.

Тимур и правда оказался хорошим терпеливым слушателем: ни разу не перебил ее, хоть. Кажется, Ася перестаралась и зашла слишком издалека, еще с того времени, как регулярно давала Марине деньги взаймы, прекрасно зная, что та их никогда не вернет, как потом извинялась перед Игорем, как выдерживала ее пьяные загулы и покупки, которые сестра не могла себе позволить. Получилось так длинно и долго, что под конец у Аси саднило горло.

— Я, наверное, кажусь бессердечной сволочью, — осторожно забирая Тима из его рук, сказала она, стараясь прятать взгляд. Не хотелось поднять голову и увидеть в глазах Тимура отвращение. — Просто у меня больше сил нет. Знаю, Марина моя сестра и я в любом случае должна ей помогать, но, мне кажется, это никогда не прекратиться. И с каждым разом только хуже. Я понятия не имею, где бы могла взять такие деньги, даже если бы и хотела.

— Маленькая, вот как бы тебе сказать… помягче. Повернись уже ко мне, я вроде не дал повода считать себя голосом кристально чистой душевной доброты.

Ася улыбнулась, подняла взгляд: Тимур облокотился плечом на дверной косяк и, хоть и выглядел расслабленным, в глаза сразу бросался его потемневший взгляд и совсем недоброе подобие улыбки в уголках губ.

— Не знаю, как было заведено в твоей семье, но у меня старшие всегда заботились о младших, а не наоборот. Пока были живы родители, они присматривали за нами, когда их не стало, за старшего остался я. Не представляю, чтобы кто-то из мелких расхлебывал за мной. И не представляю, чтобы я вляпался в какое-то дерьмо, не думая о последствиях. Так что если ты думаешь, что я буду осуждать тебя за то, что поставила на место сестру, то мне придется тебя разочаровать.

— Ты правда не думаешь, что я бессердечная зараза?

— Я думаю, что ты самая милая и добрая Морковка на свете, но с крепким позвоночником. Если хочешь правду, то я был бы разочарован, если бы ты бросила все ради нее и ввязалась непонятно во что.

Ася собиралась с облегчением выдохнуть, но не успела, потому что Тимур продолжил:

— Но раз уж мы говорим откровенно, то мне очень не по душе, что ты ходила к… гммм… бывшему. Этому придурку что угодно могло прийти в голову. Уж прости, но я не питаю иллюзий насчет исправления мудаков в принцев, когда они вышвыривают девушку с ребенком в снег в домашних тапочках.

Ася сокрушенно пожала плечами.