Скиф-Эллин

Мы поворачиваем в другую сторону, идем строем «клин» со мной во главе по улице между крепостной стеной и крайними домами, повернутыми к нам глухими стенами и высокими глинобитными дувалами с деревянными воротами, в которых маленькие калитки. Улица не мощеная, просто с нее содран земляной слой до камня. Колеса арб выбили в них кривые колеи. Кое-где есть выбоины, засыпанные щебнем.

Из-за угла на нас выскакивает отряд набатеев человек в тридцать. Видимо, были уверены, что мы еще карабкаемся на стены, потому что сперва опешили, сбившись в кучу.

— Вперед! — командую я и бегу на врага, прикрывшись щитом.

Кочевники быстро очухались, устремились навстречу. Точнее, сделали по два-три шага, потому что мы были совсем рядом. Копьями они орудуют ловко. Только вот умеют сражаться в рассыпном строю и один на один. То, что отбивает твой удар один враг, а бьет в ответ его сосед слева, им непривычно. Я отсекаю руку тому, кто пытался убить стоявшего справа от меня Битюса, и вторым ударом рассекаю шею ниже кожаного шлема — головы шакала, натянутой на металлический каркас. Тот же номер повторяю со следующими двумя набатеями.

Остальных убивают мои подчиненные. Никто из кочевников не сбежал с поля боя. Безумству храбрых поем мы песню. Заупокойную."

"Мы поворачиваем за угол, на улицу, по которой прибежали эти набатеи — и тут мой нос улавливает запах ладана, который доносится из-за высокого, недавно побеленного дувала углового дома.

— Стоп! — приказываю я. — Возвращаемся!

Мы выходим на улицу, идущую вдоль крепостной стены, к широким деревянным воротам углового дома. Они из кедровых досок, что по нынешним меркам непозволительная роскошь. Калитка в правой створке закрыта изнутри.

Распахивается внутрь после второго удара ногой. На просторном дворе пусто. В этих краях каждая семья держит кур, а здесь даже следов куриного помета не видно. Зато густ аромат ладана и мирра. Он вытекает из-за дверей складов, расположенных на первом этаже левого и правого крыла двухэтажного дома. Оба склада во все крыло, причем в обоих хранится в асбестовых кувшинах и ладан, и мирра, и нард, и кое-что подешевле, типа перца и павлиньих и страусовых перьев. Видимо, хозяин подстраховался на случай пожара. Кстати, перец сейчас употребляют разного цвета, который зависит от способа обработки зерен. Самыми дешевыми, если этот товар можно в принципе назвать дешевым, считаются зеленый и розовый. Черный — в среднем ценовом диапазоне, а самым дорогим является белый, точнее, светло-серый, потому что обладает самым тонким вкусом и сильным ароматом. Мирру и ладан привозят сюда с Аравийского полуострова, а нард в виде мази, как мне рассказали — с восточных гор, высоченных, протыкающих облака — Гималаев, наверное.