Скиф-Эллин

Они стояли на нашем правом борту от носа до кормы, где в два ряда, где в три. Цель, шедшая наперерез, приближалась к ним повернутая немного вправо. Полсотни стрел, выпущенные практически одновременно по такой большой мишени, должны были найти хотя бы одного своего героя. Что и случилось после второго залпа. Судя по тому, как галера резко пошла вправо, одна или больше стрел попали в гребцов, и одно или больше весел на правом борту остались в воде, за них зацепилось соседние, началась цепная реакция. Галера, уваливаясь вправо, замедлила ход. Прилетели еще два раза по полсотни стрел — и на этом преследование закончилось для нее. Следующая галера образумилась после первого прилета. Остальные, а к тому времени за нами гнался уже весь караван, тоже передумали приближаться на опасную дистанцию. Видимо, поняли, что потеряют больше, чем найдут. Да и гнаться придется за галерой, набравшей ход, в сторону открытого моря. Если догонят ее, то через несколько часов, и до темноты не успеют вернуться к берегу. Галеры, пересекающие Черное море по меридиану или параллели в самых узких местах, конечно, ночуют на воде, (куда им деваться, ведь за световой день такую дистанцию не осиливают), но стоит ли рисковать из-за чужого имущества?! Мы подождали, когда они повернут в сторону Феодосии и пойдут туда плотным строем в три колонны, после чего мой трубач дал сигнал призовой галере повернуть на запад и поставить парус. «Альбатрос» следовал в полветра под парусами параллельным курсом, немного отставая, но был на пару миль ближе к берегу.

К вечеру мы сблизились с галерой на походе к мысу Меганом, который уже носит это название. С греческого можно перевести, как Большое Пастбище. Мыс и сейчас пустынен и ни на что другое, кроме пастбища, не годен. Гиблое место. На нем даже ветрогенераторы не приживутся в двадцать первом веке, будут сломаны, разворованы и заброшены. Хотя в то время говорили, что там самые лучшие дикие пляжи и самая чистая морская вода во всем Крыму. Я смотался на приз, посмотрел груз. Примерно пятьдесят тонн выделанных лошадиных, бычьих и оленьих кож, овчин, тюков овечьей шерсти, связок мехов лис, куниц, волков и несколько больших кусков каменного угля, что навело меня на мысль, что везут товар с реки Танаис, как сейчас называют Дон. Города там пока что нет, но есть большое торжище, где боспорские купцы встречаются с сарматами, которые обитают в тех местах и которых греки называют савроматами. Гребцы подтвердили мою догадку. Что ж, добыча не супер, но дороже вяленой рыбы.

Галеру приобрел ольвийский виноторговец, который приплыл к нам за товаром. Херсонесское вино намного лучше ольвийского. Свое ольвийцы продают скифам, а пьют наше или привезенное из более южных греческих полисов.