Смерть дублера

"

"– Нет, благодарю, – помотала головой Нэнси. – Я только что приняла душ.

– Можно спросить где?

– В раздевалке у бассейна.

– Зачем же вы отправились в такую даль?

– Чтобы принять душ.

– А потом всю дорогу шли обратно?

– Не придумала другого способа попасть сюда. Двигалась короткими переходами, от дерева к дереву.

– Вам следовало… – начал было Джеффри, но оборвал себя. – Нет. Никакого принуждения. Вы здесь не по собственной воле… – Он нахмурился. – Черт, да вы со мной разговариваете!

– Безо всякого удовольствия, – уточнила Нэнси и, спустив ноги с кушетки, села и оправила юбку.

 – И раз я с вами говорю, скажу еще кое-что. Я уже два раза слышала, как вы уверяете разных людей, будто я вас ненавижу. Это неправда. В тот день в опере вы были заносчивы и грубы, вели себя как безмозглый дурак и сделали все, чтобы поставить меня в щекотливое, унизительное положение. Зачем же вас ненавидеть? Вы мне попросту безразличны.

– Не верю.

Она бросила на Джеффри гневный взгляд:

– Можно спросить, почему вы мне не верите?

– Потому что не желаю. Потому что успел поразмыслить на этот счет… – Морщины у переносицы Джеффри стали глубже.

 – Эти стычки, эти столкновения, которые были тут между мной и вами, они не говорят о безразличии. Прямо искры летели! Тем вечером прошлой зимой вы рассыпали вокруг столько искр… В жизни своей не видел, чтобы человек мог столько рассыпать за такое короткое время. – Продолжая говорить, он уселся на кушетку верхом лицом к Нэнси. – Вы думаете, вероятно, что самым приличным было бы… раз уж моего отца убили каких-то шесть часов назад, а кое-кто подозревает в убийстве именно меня… приличным было бы держать свой рот на замке. Но откуда мне знать, что произойдет дальше? Вполне возможно, еще до утра мне предъявят обвинение в убийстве и бросят за решетку. Жаль, не могу описать вам всего, что творилось в моей голове сегодня. Я вспоминал времена, когда моя мать все еще была с нами, и то, как обращался с ней отец, и во мне поднялась такая ненависть к этому человеку, какой я никогда не испытывал, покуда он был жив… А потом постепенно пришло понимание, что теперь и он мертв. Я стал вспоминать все то, что он делал для меня. А он многое сделал, можете не сомневаться, и я пытался собрать все вместе и понять, был ли я настолько же скверным сыном, как он – скверным отцом? Решил, что так, наверное, и было. Но сквозь подобные размышления то и дело пробивались мысли, обращенные к вам… – Джеффри протянул руку, но Нэнси отпрянула, и он безвольно опустил руку на кушетку. – Вот еще причина, по которой я не верю, будто вы ко мне совершенно безразличны. Будь это так, вы сразу сказали бы этому… как там его зовут… про то, что утром видели в моем кармане пистолет.